— Десять дней назад на гражданку Борковскую семидесяти четырёх лет от роду, похороненную на местном кладбище, — прочитал он в очередном документе. — Думаешь, надо сходить?

— Обязательно. Возможно, это совпадение, и душа всё ещё находится в этом мире. Тем более, нужно лично осмотреть тело. Сон же может вызвать кто угодно, как и слабость. Может, это вампир какой орудует, а люди просто умирают от обычной нехватки крови в организме. А души потом кто-то подбирает, пока Грань закрыта. — Поделился я своими мыслями. — Тем более, нужно проверить, что насчёт душ просто умерших от какого-нибудь случайного удара топором по шее или от банального столбняка после того, как наступил на ржавый гвоздь.

— Хорошая идея. Я об этом почему-то не подумал, — улыбнулся Роман.

— Я правильно понял, что вы хотите пойти на кладбище и вырыть парочку могил? — осторожно спросил Курьянов.

— А что в этом такого? Это неотъемлемая часть нашей работы, — ответил я.

— И это совершенно не привлечёт внимание? — всё ещё не отрывая взгляда от меня, допытывался до нас Глеб.

— Нет, если знать, что делать и как. Пара серебряных сторожу, и он не только позволит взглянуть на тела, но ещё и на страже постоит, — хмыкнул Рома. — Ничего противоестественного мы с трупами делать не станем.

— Ну тебе, конечно, виднее, — выдохнул он. — Ладно, завтра утром дойдём до больницы и просто прогуляемся по городу, может, найдём какие-нибудь зацепки без всего этого вандализма. Да и народ этого профилактория нужно осмотреть. Мне та старушка совсем доверия никакого не внушила. С ней точно что-то не так.

Глеб поднялся на ноги и, бросив на нас ещё один странный взгляд, вышел из комнаты. Я посмотрел ему вслед и тоже решил, что отдохнуть мне не помешает. Тем более что день действительно для нас с ним был насыщенным.

— Откуда этот моралист вообще взялся на нашу голову? — деловито уточнил Павел, когда я вошёл в свою комнату и просто завалился на скрипнувшую под моим весом постель.

— От князя Курьянова, видимо, — тихо ответил я отворачиваясь. — Не забывай, что он всю жизнь прожил в роскоши, ни в чём себе не отказывая, а сейчас на него слишком много свалилось.

— Ты так-то тоже, но ладно, придётся работать с тем, что есть. Так, глядишь, я и по бобру некроманту соскучиться успею, и по твоей огненной птичке. Хотя последнее, конечно, вряд ли. — Фыркнул перстень. — Слишком много от неё проблем…

Его разглагольствования прервал порыв ветра, от которого окно распахнулось настежь, а внутри комнаты стало заметно холоднее. Единичные снежинки кружились по воздуху и, попав на кожу, не спешили таять, распространяя холод, от которого кожа начала краснеть и неметь в месте соприкосновения. Я подскочил и бросился к окну, глядя, как вдалеке небо озаряется разноцветными вспышками, а снег, идущий прямо из безоблачного неба, покрывает всё вокруг.