Так что я вернулся к проходу между телегами и, долго примеряясь, завалил ещё одну тварь.
А вот следующий, который мешал проходу, висел в воздухе. Он торчал ровно в проходе, и между ним и мордой многоножки оставалась единственная щель, через которую вообще можно было пройти.
Вот его будить нельзя было категорически. Он довершит прыжок, а потом десять секунд будет умирать в шаге от хитина, и эти секунды я не проконтролирую, хоть трижды всё посчитай.
Так что коридор у меня получился хороший, широкий и удобный, и упирался он в узкое место, с которым я не мог сделать ничего.
Ладно. Если с полётами проблема — придётся ползать. Там всего-то надо метр преодолеть, пустяки.
Я лёг на брусчатку на спину и пополз головой вперёд, чуть приподнимая себя на локтях и отталкиваясь пятками. До висящего надо мной брюха оставалось еще нормально места, а вот лапы и хвост составляли реальную проблему. Особенно хвост, свисавший почти до земли. Копьё мешалось по-страшному, но лезть под монстра безоружным я всё-таки не решился. Реального времени всё это заняло максимум секунд двадцать, но взмок я так, словно марафон пробежал. И сердце колотилось соответствующе.
Ну, главное — вылез.
Ворота арсенала стояли распахнутые, и одна створка была подперта копьём, чтобы случайно не закрылась. Уходили быстро и, впопыхах, видимо, не обратили внимания.
Одна из трёх копейных стоек была пустая, и на полу вокруг неё валялись подтоки и обрезки ремней. Стеллаж с ростовыми щитами был выметен начисто, только на полу лежал один, а круглых было примерно половина, вперемешку, будто их срывали, не глядя. Валялись опрокинутые ящики с соломой, и в одном нашелся шлем. Вдоль левой стены, где висели алебарды, осталось десятка полтора, и в креплениях зияли дыры.
Понятно. Тревога наступила внезапно, кто был рядом — спешно вооружился и побежал отражать наступление.
А потом тут кипел бой, все ушли за баррикаду, площадь накрыло стазисом, живых увели в портал, и в проход между тварями никто больше не полез. Значит, всё, что нельзя схватить на бегу, до сих пор здесь.
Посреди прохода лежала стёганка. Расшнурованная, брошенная, с вывернутым наизнанку рукавом.
Кто-то начал её надевать и не закончил.
Я прошёл дальше, радуясь тому, что здесь всё осталось практически нетронутым.
Стойки с мечами, рядом поменьше, в которых стояли секиры, топоры, окованные дубины и что-то вроде клевца с короткой рукоятью на цепи. Интересная штука, чтобы тварей больших опрокидывать, что ли?
Правее начинались доспехи: кольчуги на деревянных плечиках, десятка полтора, стёганки под них, шлемы в открытых ящиках вперемешку, простые и с наносником. В дальнем углу стояла бочка с водой, наковальня, горн и полный верстак напильников.