Закончив разглядывать свой палец, железнодорожник решил повторить попытку. Он опять начал тянуть ко мне руку, но в этот раз не так быстро.

Я сделал шаг назад и, поставив руку на уровне своего солнечного сплетения, начал формировать шар голубой плазмы, отрицательно покачав при этом головой, чтобы он даже не думал больше в меня тыкать своими пальцами.

Голыш замер и несколько секунд смотрел на шар, потом убрал руку и восхищённо сказал:

— Уф ё!

— Мир? — спросил я.

— Миф! — ответил голыш, продолжая, заворожено смотреть на плазму.

Я понадеялся, что дело просто в плохой дикции, и он тоже сказал «мир».

Неожиданно железнодорожник издал гортанный крик. Крик был очень короткий, но очень чёткий. Он явно что-то означал, а не был просто выражением эмоций.

Оказалось, что это призыв. Через некоторое время в проходе между штабелями показалось ещё трое голышей. Их болтающиеся причиндалы, не оставляли сомнений в половой принадлежности. Интересно, а женщины между ними встречаются? Или это чисто мужская мутация?

Контакт вроде бы наметился, агрессию я не чувствовал, поэтому ни применять магию, ни убегать не хотел. Иногда лучше договориться и разойтись мирно, чем идти на обострение конфликта. Тем более что здесь шанс вроде бы был. Странно, что местные с ними за всё это время соседства так и не смогли наладить диалог.

Шар плазмы я погасил ещё до прихода остальных. Они приближались спокойно, не выказывая никакого ажиотажа, связанного с моим присутствием. Я опасался, что они сразу начнут агрессировать, но нет. Видя, что их товарищ спокойно стоит рядом со мной, они просто шли узнать, в чём дело и зачем он их сюда звал.

Когда они подошли вплотную, и в воздухе повис немой вопрос, первый сделал жест рукой, изображая, как я держал перед собой шар плазмы, и сказал:

— Ффффф!

Я понял, он хочет, чтобы я показал этот фокус его друзьям. Я показал! Невелика плата за налаживание общения.

Остальные тоже пришли в дикий восторг.

Насмотревшись, они все резко повернулись ко мне спиной и пошли куда-то. Через несколько шагов один из них обернулся ненадолго и взглянула на меня. Я это воспринял как приглашение следовать за собой.

Было страшновато, но я решил не пренебрегать их гостеприимством. Шагая следом за этими высокими и худыми существами… назвать их людьми язык не поворачивался, хотя раньше они ими, безусловно, были, я поглядывал по сторонам, высматривая Марту. Поняв, что я её ищу, она сама показалась мне на глаза.

Марта пробиралась по верхам. Сначала по штабелям, потом залезла ещё выше и следовала за нами по рельсам, по которым раньше ездили балки с кранами. Это было неплохо. Возможно, нам сразу следовало туда забраться. Но это теперь понятно, когда мы знаем, кто здесь обитает. От голышей на высоте можно укрыться, вряд ли они хорошо лазают. Но наверху нас было бы проще заметить. А если бы тут обитали какие-нибудь стрелки? Мы стали бы для них отличной мишенью! Так что, этот способ хорош, только когда уже знаешь, с кем имеешь дело. И хотя присутствие здесь железнодорожников мы предполагали, однако, уверены в этом не были.