— Я просто взрослая, и у меня очень богатый лексикон, — невозмутимо сказала Марта.
— Иногда слишком богатый! — усмехнулся я.
Из этого цеха по разделке людей, а разделывали здесь, вне всякого сомнения, людей, что подтверждалось банками с частями тел на складе, мы нашли три выхода. Решили для начала обследовать тот, что был самым незаметным и непрезентабельным. Скромная дверь среди всякого медицинского хлама, сваленного возле стены.
Я на всякий случай сформировал над рукой шар плазмы, после чего Марта резко распахнула дверь.
Сначала показалось, что мы попали в небольшое пустое помещение и хотели было уже идти дальше, как вдруг, в неровном свете, проникающем через открытую нами дверь, заметили слабое шевеление в углу.
Марта посмотрела на меня, я кивнул, и мы осторожно вошли внутрь. Марта всё-таки пересилила себя и «зажгла» свои волосы. Помещение наполнилось мягким светом. Куча тряпья возле стены зашевелилась более активно, и мы увидели блеснувшие из-под неё глаза.
— Вылезай, — сказала Марта, — мы тебя не обидим, если будешь хорошо себя вести.
Куча тряпок ещё немного пошевелилась, перевернулась, и перед нами оказался человек. Все эти тряпки были его одеждой. Соорудил он её себе из того, что оказалось под рукой. И когда он сменил позу и сел в своём углу, гора тряпок как будто исчезла, распределившись по его телу.
— Вы кто? — испуганно сказал он. Надо сказать, что вид у него был довольно затравленный.
Он немного пошевелился, и звякнула цепь, пристёгнутая к его ноге.
Мы с Мартой снова переглянулись.
— Ты пленник? — спросил я.
— Наверное, — не очень уверенно сказал человек, — меня уверяют, что нет, но говорить можно всё что угодно. По всему выходит, что пленник.
— Почему ты здесь? — спросил я.
— Я здесь работаю, — сказал человек, — но не по своей воле. Просто, иначе кормить не будут. А если совсем откажусь, то, скорее всего, убьют…
— А чем ты занимаешься? — спросила Марта.
— Я хирург, — неохотно ответил человек, — операции провожу, — ещё более неуверенно добавил он.
— А, мы видели твою операционную! — саркастически заметила Марта.
— Это не мой выбор, — сник хирург.
— Ты владеешь магией? — поинтересовался я.
— Нет, — поднял на меня затравленный взгляд хирург, — совсем нет! Уж не знаю, везение это или, наоборот… но не владею…
— Не бойся, я к тебе прикоснусь, но ничего плохого делать не буду. Просто проверю кое-что насчёт магии, можно? — я шагнул к нему и протянул руку, но прикасаться не стал, ожидая его согласия.
Он некоторое время колебался, но потом подумал, что упираться нет смысла, и если мы захотим, то сможем обойтись и без его согласия. Так зачем обострять? Поэтому он неуверенно кивнул.