— А ты знаешь, что здесь, в былые времена, устраивались морские парады и даже сражения, — с видом знатока сказала Марта, — шутошные, правда. А это дворец Шереметьевых.

— Я знаю, — задумчиво сказал я, — я тут бывал раньше. Знаешь, что странно?

— Что? — заинтересовалась Марта.

— Дворец выглядит очень ухоженным. Он не то что не разрушен, а как будто даже лучше стал, — сказал я.

— Чем лучше? — удивилась Марта.

— Понятия не имею, но выглядит как-то уж слишком хорошо, — сказал я.

— И что нам с этого? — Марта всё никак не могла понять, к чему я клоню.

— Пока ничего, — сбрасывая задумчивость, сказал я, — просто нужно будет это запомнить.

— Зачем?

— Не знаю, — сказал я и, повернувшись, пошёл дальше, — я всегда запоминаю всё необычное. Зачастую это может таить в себе новые возможности. Почти всегда за необычным скрывается что-то либо очень интересное, либо очень опасное. И про то, и про то, лучше быть в курсе.

— И про опасное? — удивилась Марта.

— Про опасное даже в большей степени, — сказал я.

— Надо было этих спросить про дворец, — сказала Марта после паузы.

— Тогда у нас не было этого вопроса, — сказал я, — да и ни к чему было затягивать беседу. Ушли, да и ладно. А ты сама ничего не знаешь? Ни про дворец, ни про банду из Текстилей? Это же вроде твой район.

— Не мой это район! — возмутилась Марта, — я тут была вынуждено, и новостями местной жизни вообще не интересовалась. У меня были две задачи: выполнить поручение профессора и найти пожрать. Всё! На этом круг моих интересов ограничивался.

— Пожрать! — усмехнулся я, — Марта, ты же девочка!

— Девочка! — фыркнула она, — что же ты тогда годков мне всё время прибавляешь?

— Последний раз убавил! — сказал я.

Было видно, что она опять хотела ударить меня в плечо, но сдержалась и не стала этого делать.

Так, непринуждённо болтая и подкалывая друг друга, мы дошли до конца парка, никого больше не встретив. Хотя несмотря на то что мы всё время оживлённо разговаривали, я не забывал внимательно смотреть по сторонам. Глаза мои бегали очень быстро, отмечая каждое движение в зарослях.

Марта, видя моё внимательное отношение к окружающей обстановке, тоже подхватила эту манеру и зорко поглядывала по сторонам, не меньше меня. Но всё было спокойно.

Мы вышли на улицу Юности и пошли в сторону Вешняковского путепровода. Лезть через хорду и железнодорожные пути не хотелось. Раньше там были ограждения, есть ли они сейчас неизвестно, возможно, долго придётся искать дыру, где можно будет пройти, а может, и не одну. Если путепровод уцелел, то по нему мы сможем пройти над всеми этими сложностями. К тому же если продолжать потом идти прямо по улице, то мы как раз в Текстили и притопаем. Не нужно будет плутать и искать дорогу. Правда, придётся идти по открытому пространству, а какой порядок в этом районе я не знал, Марта, как оказалось, тоже.