Прошло минут десять. Мичико уже вполне уверенно, пусть и с небольшой поддержкой, плавала, и в этот момент я увидел их.

От стойки с мороженым отделилась группа из трёх парней лет двадцати. Типичные студенты — растянутые футболки, шорты по колено, идиотские ухмылки и наглый взгляд людей, уверенных в своей безнаказанности. Они направлялись прямо к шезлонгу, на котором лежала Мидори.

Один из них, самый высокий и блондинистый, бесцеремонно плюхнулся на свободный шезлонг рядом с ней.

— Эй, красотка! — развязно бросил он по-английски, наверное, думая, что это круто звучит, — Не хочешь составить нам компанию? Ты же явно скучаешь.

Мидори даже не повернула головы в его сторону.

— Я жду своего парня, — спокойно ответила она на японском, делая вид, что парня не существует вовсе.

— Ой, да ладно тебе, не ломайся, — не сдавался блондин, — Все вы так говорите про парня, но я уверен, что его тут нет, иначе он не оставил бы такую красотку в одиночестве.

Сейджу медленно сел на своём шезлонге. Кимура повернул голову на пару градусов в их сторону — этого было достаточно, чтобы его фигура стала выглядеть ещё более угрожающей. Хару и Юсаку напряглись. Но пока никто не вмешивался в их разговор.

Я аккуратно отстранил от себя Мичико, чувствуя, что закипаю от злости.

— Сестрёнка, по плавай пока тут сама немножко, хорошо? Только далеко не заплывай. Я сейчас вернусь.

Мичико кивнула, всё ещё находясь под впечатлением от своих успехов в плавании.

Я выпрямился во весь рост и пошёл к Мидори. Парни заметили меня, когда я уже подходил, и их наглые ухмылки слегка потускнели. Я подошёл к шезлонгу и остановился прямо перед блондином, заслонив собой свет и весь остальной мир для него.

Я не сказал ни слова. Я просто посмотрел на него своим фирменным «взглядом убийцы». В аниме в такие моменты у персонажей обычно белеют глаза или вокруг них появляется тёмная аура. У меня не было ауры, но эффект был тот же самый.

Улыбка сползла с лица парня. Он нервно сглотнул и попытался встать, но я положил руку ему на плечо и с силой надавил, заставляя его рухнуть обратно на пластиковый лежак.

В полной тишине я наклонился к его уху и мрачно и тихо произнёс лишь одно слово, — Уходите.

Этого хватило. Парень побледнел ещё сильнее, хотя казалось, дальше некуда и судорожно закивал головой. Он вскочил так резко, что чуть не перевернул свой шезлонг вместе с дружками, которые уже тоже поднимались на ноги. Не говоря ни слова больше, вся троица ретировалась с такой скоростью, будто за ними гнался сам Death Gun из моей манги.

Я молча проводил их взглядом, и повернулся к Мидори, которая смотрела на меня со смесью восхищения и лёгкой укоризны — мол, опять ты за своё, а потом взяла меня за руку, и усадила к себе на шезлонг, и мы всё также молча стали вместе наблюдать за плещущейся у края бассейна Мичико.