Долго под деревом я не просидел. Времени до того момента, как сюда подтянут обязательные подкрепления, почти не оставалось. Нет, будь это простые наёмники, всё было бы проще. Мы бы спокойно собрали трофеи и отступили на заранее подготовленные позиции или же, наплевав на всё, рванули навстречу опасности.
Но наёмники не расстреливают подчинённых и себя не взрывают, лишь бы врагу не достались секреты, которые нельзя раскрывать посторонним. А в армии, какой бы стране она ни принадлежала, уничтожение отряда значит лишь одно — в зону ответственности погибших нужно перебросить больше сил и техники, чтобы вторгшийся враг умылся кровью.
— На каком языке они говорили? — задал вопрос я, бегло осматриваясь.
Опушка леса, из которого я вышел, заросшие высокими травами луга. Воздух пах свежей зеленью, прелым мхом и гарью с пропечённым мясом. Идиллическая картина, если не считать ошмётки тел, воронку от взрыва на месте машины дроноводов, обломки, происхождение которых уже не определишь.
Я к такому привык, да и в Долине уже не раз мы сталкивались с местами крупных клановых побоищ. Так что ничем особенным ситуация не выделялась по сравнению с тем, что творилось на войне против Орсини. Там сейчас ровно такие же картинки получаются — девственная чужеземная природа и кровавая человеческая мясорубка.
— Французский, английский, немецкий, итальянский, болгарский, — перечислила Мира. — Судя по всему, пользуются амулетами-переводчиками, чтобы понимать друг друга.
— Ты посчитала мясо в лагере или это только по те, кто пришёл на нас с артиллерией? — уточнил я.
Первая группа, которую мы вырезали, явно принадлежала к вольным. Их задача, это очевидно — выступить передним заслоном. Стоят они дёшево, толку от них мало, но с энергетическим оружием даже такой сброд может натворить дел. Особенно в случае, когда враг не ожидает подобной мощи в руках отребья.
— Отдельно, — ответила напарница. — Либо это объединённая армия нескольких государств, либо языки использовались разные на случай радиоперехвата, чтобы запутать противника.
Кивнув, хотя это и не требовалось, я поднял с земли кусок металла с облупившейся во время взрыва краской. Маркировка российской армии, но чем только что был этот самый металл, какое изделие разорвало, уже было неясно. Тут даже инвентарный номер не узнаешь, чтобы проверить по складам, что за продукция и откуда она попала в Долину — мне достался лишь обрывок.
Нельзя ведь забывать о том, что кланам частенько передают через портал в том числе и запасы с военных складов. Не свежее, а то, что списывается по регламенту на продажу. Так что вполне может сложиться ситуация, когда ящики с русскими боеприпасами были законно куплены теми же Рябиниными, а потом потеряны в ходе боёв.