— Кто вы такие? — просипел он, когда я возник над ним.
Это однозначно был не главарь, так что я не стал тратить время и молча пристрелил его. А уже после двинулся дальше, внимательно глядя под ноги. Секст совершил ошибку, не заметив мину, а здесь пространство само располагает к минированию подходов. В лабиринте столбиков сам бог велел раскидать взрывчатку с нажимными плитами и растяжками. К тому же пока что это был единственный зал с таким освещением.
И когда я почти добрался до выхода из комнаты, я действительно увидел натянутую леску над порогом. Алый свет ламп не давал ей сверкать, так что шансы зацепить растяжку у меня имелись. Переступив преграду, я осмотрел коридор с другой стороны и хмыкнул.
К стене была прикреплена целая куча энергетических ячеек. Если бы они рванули рядом со мной, от меня бы остались одни воспоминания и оплавленный панцирь. Находчивый бандит пошёл. Они ведь один коридор превратили в ловушку, притом что наблюдатели об этом не знали, сумели собрать платформу с несколькими ружьями и вот тут ячейками фактически разбрасываются.
Трогать ловушку я не стал — потом батарейки заберём. Нам они пригодятся.
Неожиданно ожила связь. На тактической карте отобразилось несколько вольных, которые забаррикадировались в одной из комнат. Секст и Квинт медленно приближались к ним, а сама Мира в это время нашлась на вершине горы в комнате с ретранслятором.
— Лазарь, ответь, — потребовала напарница.
— Здесь, — отозвался я. — Что это было? Куда пропала связь?
Блондинка ответила не сразу, но по паузе было понятно, что информация на меня сейчас посыплется важная.
— Они нашли глушилку, которая отключает всю связь создателей. И одну из таких передали местной банде на случай опасности.
Я хмыкнул в ответ и, уже никуда не торопясь, приступил к разминированию ячеек. Синтеты добьют оставшихся вольных, Мира получила ретранслятор, так что миссию можно считать почти законченной.
— Выходит, они знают, что у меня есть модуль? — предположил я.
— Макс, всё очень серьёзно, — не приняла моего тона Мира. — «Синие» раскопали технологию Кризиса.
Я смотрел на обугленные останки установки, которая мало походила на то, что создавали Предтечи. Складывалось ощущение, будто изначальное устройство раскурочили, лишив внешнего кожуха, а после сунули гранату во внутренности. А когда оно жахнуло, скрутили чуть ли не изолентой.
— Как это вообще работает? — спросил я, обходя оборудование по кругу.
Рядом со мной расположились синтеты. Секст, которому так не повезло наступить на мину, скручивал оторванные части сапога — активация защиты от связи Предтеч застала его именно в тот момент, когда боец уже готовился убрать ногу, а потом получил шоковый удар. Как оказалось, синтеты тоже получают мощную оплеуху, когда врубается эта Кризисная глушилка. Так что хоть нога и не пострадала, но сапог превратился в набор осколков — заряды вольным «синие» обеспечили тоже неплохие. Был бы на месте Секста человек, сдох бы уже от потери крови в оторванной конечности.