Невилл Лонгботтом добирался до табурета с видом человека, который идёт не на распределение, а на собственную казнь. Шляпа размышляла над ним дольше обычного, но в конце концов тоже объявила Гриффиндор, из-за чего мальчик так обрадовался, что едва не ушёл, забыв вернуть головной убор профессору. Дадли невольно улыбнулся, глядя на счастливое лицо Невилла, так как ещё в поезде этот парень выглядел очень расстроенным, но теперь, кажется, всё складывалось у него неплохо.
Эрни Макмиллан, державшийся с важным видом, отправился в Пуффендуй. Затем прозвучала фамилия Малфой, и Дадли увидел знакомую светловолосую девочку. Лира подошла к табурету с безупречно прямой спиной, словно явилась на торжественный приём, и Шляпа почти сразу объявила Слизерин, коснувшись головы девочки менее чем на секунду. За зелёно-серебряным столом раздались приветственные аплодисменты, которых было заметно больше, нежели чем у других детей, что попали в данный дом ранее – уже только этого хватало, дабы показать насколько фамилия “Малфой” была значимой среди даже других благородных семей. Только для самого Дурсля подобное ничего не значило – не разбирался он во всём этом, что уж с него взять.
Хотя, проходя мимо Гриффиндора, Лира целенаправленно встретилась с Дадли взглядом. Блондин совершенно дружелюбно кивнул недавней знакомой, однако сама девочка вдруг агрессивно прищурилась и совсем уж демонстративно отвернулась.
“Странная всё-таки особа” – решил для себя парень, не особенно то расстроившись подобному. Тем временем Теодор Нотт и Пэнси Паркинсон также отправились в Слизерин, когда как Падма Патил – в Когтевран, её же сестра Парвати Патил присоединилась к Гриффиндору.
– Поттер, Генриетта! – отчётливо объявила профессор Макгонагалл, после чего зал на мгновение замолчал, но лишь для того, дабы в следующий же миг взорваться самым настоящим гулом из переговоров, выкриков и перешёптываний разной степени вульгарности. Множество взглядов на маленькую темноволосую девочку устремилось со всех концов Большого Зала, ведь теперь внимание на неё обратили не только ближайшие ученики, но и многие старшекурсники за дальними столами. Дадли от такого внимания толпы удивился едва ли не сильнее самой Генриетты, так как парень хоть успел убедиться, что слава сестры в магическом мире была делом чрезвычайно серьёзным, однако он всё равно не ожидал, сколько людей одновременно захотят увидеть её своими глазами.
Ну а сама Генри старательно сохраняла достоинство, хотя брат сразу заметил, как она поправила круглые очки и перед самым табуретом крепче сжала пальцы – явно нервничала. Оно и неудивительно, всё же на Девочку-Которая-Выжила смотрел чуть ли не весь зал, притом с самыми разными эмоциями. Паре человек Дадли уже захотел заехать кулаком в лицо, но пока сдержался. Сестра всё-таки просила его не ввязываться в драки в школе, и он дал ей обещание, что не будет… по крайней мере первое время и то, если повод будет серьёзный, то возможны варианты.