— Местные магии не особо горят желанием жертвовать свою кровь. Лишь по чуть-чуть и не все из них, — напомнил я ей про эту заморочку аборигенов.

— Да и пусть, — махнула она рукой. — Я тут прикинула кое-что, Вить. Не нужны сильные маги, да и вообще только маги не нужны, если ты правильно настроишь свой перегонный артефакт. Мана же есть в крови у каждого, даже последнего крестьянина!

Тут она была права. Потоки маны пронизывали мир снизу доверху. Каждое живое существо, особенно разумное, несло в себе то или иное количество волшебного эфира. Просто пользоваться им могли немногие. У прочих не было энергоканалов или мана почти не задерживалась, проходя сквозь тело, как вода через ткань. Или организм мог накапливать мизерное её количество, с которым не могли развиваться каналы.

— И ты предлагаешь это количество отфильтровывать?

— Ага, — кивнула девушка. — Не получится?

Я пожал плечами:

— Не знаю. Вроде бы звучит всё логично, препятствий не вижу. Только муторное дело выйдет.

— Да я знаю, уже прикинула всё. Просто подумала, что так ты сумеешь помочь Рогнеде, а то она что-то не летит всё. Вдруг так ослабла, что нет сил на обратный перелёт, — с грустью вздохнула Аня.

— Или она нашла способ развестись со мной.

— Но у тебя же сил только прибавляется, так? — веско заметила девушка. — Значит, связь осталась. Полагаю, что разорви она её и ты, и я — мы же с тобой тоже связаны — почувствовали бы хоть что-то.

Не признать правоту жены я не мог. Всё в её словах звучало логично.

— Хорошо, закончу вот с этим проектом и возьмусь за очистку крови для собственного усиления, — произнёс я.

— А что конкретно хочешь сделать? Переселять души тяжелых больных, которым нельзя помочь, как делали с иллирами?

— Нет. Новая раса — это новая раса. Кровь для них использую от максимального количества землян и нетерисов, чтобы их знания и умения перешли моим созданиям.

Аня фыркнула и со скепсисом поинтересовалась:

— Не боишься, что они у тебя станут страдать множественностью личностей, как Билли Миллиган?

— А это кто? Впервые слышу.

— Был такой человек в Америке в двадцатом веке, у которого психиатры насчитали двадцать четыре личности в сознании. То есть, двадцать четыре человека в одном теле, которые не знали друг про друга, это если в общем описании.

— А-а, понял. Ну, надеюсь, что в этом поможет моя кровь и Дар, — сказал я ей. — И для создания использую главный божественный алтарь, когда он освободится.

Честно говоря, когда я сказал, что на идею новых созданий меня натолкнуло знакомство с иллирами, я несколько слукавил. Впервые она мне пришла в голову в тот момент, когда Тесак притащил мне ворох игрушек и моделей, среди которых затесалась фигурка некрона. Глядя на него, мне пришла в голову идея создать голема из материала, который способен не только самовосстанавливаться, как «живой» металл из мифической саги о сороковом тысячелетии, но и менять внешний облик, как это делал терминатор из второй части кинофраншизы. Как навеяла мне эти мысли фигурка некрона про старый фантастический фильм? Я и сам не знаю, такой вот вывих сознания.