Поиск общего языка был необходим всей нашей компании, как воздух. Несмотря на то, что мои команды как-то влияли на поведение странного создания, меня он не понимал совершенно. Остаётся только магический переводчик, точнее, пара их: у меня и у собеседника.
Тот взял вещь с откровенным недоверием на лице. Кривясь и морщась, что-то бормоча под нос, он закрепил его на себе.
— Сейчас ты меня понимаешь? — обратился я к нему. — Скажи что-нибудь, это нужно для амулета. Смотри, это рука. Это меч. Это…
И вскоре, когда амулет подстроился к ауре древнего создания, я услышал:
— Что это за место и город рядом? Что случилось с империей Трёх Морей? Что вообще произошло с миром⁈
— Про империю мы не слышали. А вот город…
Я рассказал собеседнику всё то, что знал про окружающее место и о тех легендах местных жителей про таких, как он. Беседу пришлось прервать, когда появился вдалеке отряд стражи.
— Ступайте за мной, — произнёс он. — Есть место, где никто не помешает нашему разговору.
— Подожди, нам нужно кое-что взять с собой, — становил я голема, уже шагнувшего обратно в темноту коридора. Поборов лёгкую брезгливость, я снял с мертвецов несколько фляг с водой и поясных сумок, в которых лежали съестные припасы. Брал только то, что не было испачкано в крови. Увы, но таких сумок было совсем мало. Аня, морща носик, сняла амулеты и подобрала с земли несколько клинков получше.
— Мародёрство, — пророкотал голем, наблюдая за нашими действиями с сильным неодобрением.
— Не мародёрство, а сбор трофеев, — поправил я его.
— Нет, мародёрство, — решил настоять на своём мой новый знакомый. — Ты забираешь вещи убитых не тобой. Трофеями же считается оружие и доспехи врага, коего ты сразил собственной рукой, — последнюю фразу он произнёс с пафосом.
— Не вдавайся в подробности, — отмахнулся я от его нотаций. — Мы сейчас в одном отряде, поэтому убитые тобой — это и наша победа со всеми из неё вытекающими. Вот.
Управились мы буквально за три минуты. Трофеи я сложил на чистый плащ одного из стражников, и связал тот в узел.
— Всё, веди нас, — сказал я голему, забросив свёрток за спину.
Вернулись обратно в знакомую комнату. Там, закрыв дверь, он подошёл к стене, под которой ранее лежали его, хм, останки. Опять одна из ладоней изменилась, превратившись во что-то между шестернёй и круглой щёткой для одежды. Этот ключ или печать он приложил к стене, и камень в том месте слабо засветился зелёным и красным сиянием.
Шу-урх-х.
С громким хрустом и шорохом у стены напротив двери в полу появился провал.
— Нам туда, — указал сразу двумя левыми руками на него голем. — Не бойтесь. Сейчас я не желаю вам зла.