— Приветствую, Повелитель, — надтреснутым шипящим голосом произнесла моя бывшая помощница и опустилась на… хм, наверное, в её понимании это было преклонение передо мной. Тело девушки после последней нашей встречи очень сильно изменилось. Её кожа стала чернее ночи и приобрела блеск, будто эльфийка натянула на себя латекс. Волосы побелели почти до цвета снега. Радужка глаз стала алой, а зубы заметно заострились. Фигура Лины приобрела грацию, пластичность и стала куда как более женственной и невероятно сексуальной. Но это до пупка. Ниже всё было скрыто множеством тонких корней — или толстых лиановидных побегов длиной в рост человека. Эти образования придавали ей облик чёрной паучихи. Разве что, паучьего брюшка не имелось.

Если я особого неприятия не чувствовал, кроме лёгкого интереса, азарта и осторожности, то от Рогнеды по связи пришло чувство брезгливости и злости. Ей так и хотелось превратить бывшую рабыню в пепел, чтобы унять свои ощущения.

— Привет, Лина, — спокойно ответил я гостье. — А ты сильно изменилась.

— Простите, Повелитель. Я совершила страшную ошибку, — всё тем же неприятным голосом произнесла она. — Знаю, что прощения мне нет, потому не смею его просить.

— Как ты здесь оказалась?

— Через мелорны можно мгновенно перемещаться.

— Хм, а это интересно. Потом расскажешь поподробнее.

— Как прикажете, Повелитель.

Я помолчал, потом задал самый главный вопрос:

— Кому подчиняются мелорны и миньоны?

— Вам, — мгновенно ответила та и буквально сняла груз с моих плеч. — Мы выполняем ваш последний приказ.

— Встань.

Рабыня тут же поднялась с земли, возвысившись высоко надо мной благодаря своему росту, и уставилась на меня. Под этим пристальным немигающим, будто змеиным взглядом кроваво-красных буркал мне стало немного не по себе. Даже почувствовал слабенькую грусть и раскаяние, что сделал с ней такое . Раскаиваться вообще хорошо, когда уже всё сделано! Ты получил все возможные дивиденды, а любое твое решение в лучшую сторону окружающие считают великим благом и такой же великой благотворительностью.

— Жди меня здесь, — сказал я ей, после чего повернулся к ней спиной, сцапал Рогнеду, застывшую столбом и пошёл в сторону своих товарищей.

— Это Лина же? — задала самой первой свой вопрос Аня.

— Она самая, — подтвердил я.

— Ну и уродина, — скривилась девушка, а следом с подозрением посмотрела мне в глаза. — Что ты с ней дальше хочешь делать? Только не говори, что пожалел и решил простить?

— Пожалел, признаю, — кивнул я, соглашаясь. — Победители могут себе это позволить.

— Пф-ф, — фыркнула та в ответ.