«Надевайте рубашку смирительную и рукава вяжите покрепче, чтобы не вырвался сумасшедший, обманом пробравшийся во дворец прямо к царской чете и не покусал с явным бешенством правящую династию!»

Ничего, мне нужно продолжать свое повествование уверенным и негромким голосом, чтобы доносить до царских ушей имеющуюся у меня информацию.

Ибо отступать уже совсем некуда, решить назревший вопрос я могу только сейчас и только здесь:

— Как раз завтра, шестого июня, на Аляске произойдет самое мощное землетрясение в двадцатом веке. Это вы, Ваше Императорское Величество, сможете узнать через несколько дней совершенно достоверно. Самый простой способ проверить мои слова, что я знаю будущее. Проверить и мне поверить.

И я продолжаю набрасывать имеющиеся у меня знания:

— В конце июля умрет японский император, начнется новая династия в стране Восходящего солнца.

— Восьмого октября начнется Первая Балканская война, в которой армии Черногории, Сербии, Болгарии и Греции дойдут почти до Босфора и поделят земли Османской империи. Такое вам тоже необходимо знать, государь. Новые страны Балкан, освобожденные с помощью русской армии от османского ига, оперились, возмужали и теперь активно участвуют в мировой политике. И еще очень активно втягивают туда Россию, что важнее всего для нас с вами.

— Пока все из непосредственного будущего. А вот пример из прошлого — пятого мая на типографии в Петербурге вышел первый номер большевистской газеты «Правда». И эта самая газета по-настоящему довольно опасный момент для вашей династии, уж поверьте мне. Я к ней никакого отношения не имею, конечно, просто знаю данную дату из книг и все.

Рассказывать и объяснять, что такое интернет, я пока не собираюсь, чтобы еще больше не загружать царя с царицей сверх меры новыми понятиями.

Просто книги и журнальные статьи в качестве источника знаний — всем ныне живущим такое понятно и близко.

Видя продолжающееся ошеломленное молчание, я подталкиваю Николая Второго и дальше задавать мне вопросы:

— Теперь я ответил на ваши вопросы о моем знании будущего. Осталось только назвать себя настоящим именем, но этика моего времени запрещает мне называть свое имя в прошлом. Да оно не скажет вам ничего на самом деле, ибо появлюсь на свет я только через шестьдесят девять лет примерно от этого года. В одна тысяча девятьсот восемьдесят первом году в городе Ленинграде, который сейчас пока называется Санкт-Петербургом.

Глаза у императора и императрицы на такое известие выкатились еще дальше из орбит.

— Еще, — продолжаю я. — Я нарушил законы своей страны и времени тем, что пришел сюда к вам сюда, в девятьсот двенадцатый год от рождества Христова. За такой поступок мне грозит смертная казнь через инъекцию яда в моем будущем. За мной могут прийти мои бывшие товарищи, чтобы вернуть меня в мое время или уничтожить. Правда, такая погоня очень-очень дорогая сама по себе. Но я надеюсь, ничего такого не случится, я хорошо запутал следы, пока добирался сюда, — нагоняю я немного секретности и добавляю про свой подвиг, совершенный именно ради них и цесаревича. — Однако по этическим соображениям рассказывать вам о своем времени и вашем будущем я не имею никакого права. Нужно, чтобы вы правильно понимали — у меня есть свои принципы.