Кто будет уважать короля, у которого нет золотого запаса? Да никто! Если так и дальше пойдёт — все здешние мерзавцы-лизоблюды разбегутся на все четыре стороны!

— Не могу не признать Вашей правоты, Ваше преосвященство. Ситуация у наших восточных соседей вновь становится нетерпимой, особенно после трагических событий мая месяца, когда в результате беспорядков в Москве были убиты и ограблены многие мои подданные из хороших фамилий. Да, молодой царь смог тогда разбить отряды заговорщиков и прекратил безобразия. Но с тех пор его поведение стало слишком независимым. Сами посудите: из обещанного им миллиона злотых нами получена едва десятая часть — и последний раз пенёнзы присланы ещё зимой, по санному пути. В вопросе передачи под мою руку шести крепостей с окрестностями я получаю лживые отписки о том, что он, якобы, не имеет возможности выполнить уговор, пока не удовлетворена внутренняя оппозиция. А на то, что в самой Жечипосполитой оппозиция начала рокош против моей власти — в том числе и из-за того, что я, дескать, слишком сильно приближаю к себе святых отцов-епископов — ему, похоже, наплевать! Единственное, что можно поставить в заслугу этому проходимцу — объявление войны Крымскому хану, вассалу султана и отправка войска на юг.

— Не думаю, что бородатые схизматики сумеют одолеть татар. Допускаю, что им и удастся отвлечь на себя немного турецких войск — но в этом уже не будет смысла. Если бы Дмитрий начал поход в прошлом году, сразу после занятия Москвы, это, возможно, и принесло бы некоторую пользу истинным христианам, но теперь, когда заключён Ситваторожский мир и Трансильвания частично перешла под руку императора Рудольфа[5], султан может слать своих янычар и сипахов куда угодно, лишь бы не против католиков.

— Верно, святой отец. Один янычар стоит полусотни московитских стрельцов и будет неплохо, если ушедшие воевать схизматики так и останутся лежать в диких степях, прихватив при этом с собой в ад сколь-нибудь магометан. Тем самым сократятся силы, которые Дмитрий сможет выставить против меня, когда я двину войска, чтобы отобрать принадлежащее мне по праву. Но до этого необходимо подавить наши внутренние беспорядки. Чем может помочь Святая Церковь?..

Пролог №2

Светлая горница со сводчатым потолком и оштукатуренными голубыми стенами, изукрашенными белыми с золотом узорами. Рама среднего из окон с вделанными в свинцовую «решётку» кусками цветных стёкол вынута из проёма и свежий сентябрьский ветерок весело треплет огоньки толстых — в три пальца — восковых свечей, отчего по стенам шарахаются причудливые тени. Ни свечи, ни окна, однако, не спасают от скопившегося по углам сумрака. Ничего не поделаешь: до постройки гидроэлектростанций и начала всеобщей электрификации ещё почти три века, вот и приходится изводить для освещения ценный биологический продукт.