Сука-сука-сука!

Резко бью по рулю кулаком и также резко откидываюсь на спинку сидения. В горле ком. Сердце еще сильнее в тиски…

Дыши.

Но как дышать? Все очень плохо. Я снова поступаю так с тобой, будто бы у меня есть выбор поступить по-другому…его нет! Я пытался. Я изо всех сил пытался, Надя, и мне казалось, что я добился победы, пока меня жестко не осадили.

Кто-то играет в такие игры слишком давно. Кто-то, как гребаная лиса, прячет запасные уловки и шаги. Кто-то скрывает в своих рукавах джокеры, а я? У меня недостаточно опыта.

Такое гнилое ощущение…

Я вечно тебя подвожу. Прости меня…

Сначала с Региной. Теперь здесь. И как мне объяснить, что я на стену лез в том доме?! Что я больше всего на свете хотел бежать к тебе и бежал?! Я бежал каждый раз, когда мог. Плевать на все было. Друзья? Пошли на хер. Семья? Туда же. Весь мир пусть огнем горит, мне было на-сра-ть! Когда я мог быть рядом с тобой, я всегда выбирал тебя. И если бы я действительно выбирал, мне не потребовалось бы и секунды на сомнения.

Это всегда была ты.

Машина спереди наконец-то трогается с места. Я выдыхаю и тоже двигаюсь. Еще пару светофоров, и мой офис. Потом самый последний этаж, откуда вся Москва, как на ладони. Будут контракты, дела, очередные «повестки дня», которые нужно разрулить в срочном порядке, а я…

По радио играет песня. Она о любви, похожей на вечность. Она о густом чувстве, которое топит тебя до последней запятой. Она о сердце и этой самой любви, которая будто бы никогда туда не приходила, а всегда жила, с самого твоего первого вздоха она была рядом.

Я замираю. Смотрю невидящим взглядом перед собой, а передо мной только Надя.

Ее глаза огромные, полные непонимания, боли и обиды. Ее рухнувшие мечты. Белое платье, сгоревшее в огне моего гребаного мира…

Брак — это залупа конская. Он ничего не стоит в плане эмоций. Не в моей плоскости существования. Это действительно сплошные «удачные вложения». Как там говорил отец когда-то? Ах да, точно.

«Брак — это правильное финансирование ресурсов, мой золотой»

Я с ним полностью согласен. Брак — это про сделку, но у нас с Надей была бы семья. Она так отчетливо касалась кончиков моих пальцев, что я почти поверил, что могу на это рассчитывать…

Не сейчас. Не думай об этом. Ей придется смириться.

Говорю это, а в глотке горечь.

Ей. Придется. Смириться.

Все должно было быть совсем не так…

Касаюсь взглядом бардачка, горло сжимает в очередном приступе удушья. Внутри лежит то, что я должен был подарить тебе — идеальное кольцо для женщины, которую я люблю.

Полностью.

За каждый ее каприз, за каждый ее взгляд, за каждую улыбку и смех. Я люблю ее, даже когда у нее нет настроения. Если честно, тогда я люблю ее еще больше. Когда ей плохо, страшно и грустно — она нужна меня; когда она психует и злиться — я улыбаюсь…Это был первый раз, когда я знал, что хочу пойти и купить кольцо. Меня загнали в угол в первый раз, загнали туда же во второй. Кто-то слишком давно играет, Надя, и я снова тебя подвел. Не просчитал. Был недостаточно хорош.