войны с минимальными потерями. – Ты вернулась в мою жизнь, да, но я потеряла папу и магический дар. – Мы не знали, когда ты проснешься, поэтому, кроме меня, остальные подчищают за Альянсом, – мама внезапно встает, идет к дверям и выглядывает в коридор. – Пошлите за ним, Катерина очнулась. – Он здесь, баронесса, – слышу бас стражи. – Хорошо, тогда пусть принесут графине завтрак и позовут его сюда. – Слушаюсь. Кого мама попросила прийти? Ричарда? От этой мысли сердце тут же ускоряет ритм и становится жарко, а мама, словно ощущая мое волнение, отворяет окно. – Давай я помогу тебе подняться и одеться в домашнее платье. Поешь, и силы прибавятся. Не спорю, согласна с ее предложением, хотя у меня еще столько вопросов, а вот моральных сил на них и правда нет. Умываюсь, одеваюсь и сажусь за столик завтракать. На глаза попадается горшок с цветком, я мысленно тянусь к нему внутренней силой, но в ответ слышу лишь пустоту. – Доченька, ты привыкнешь, – мама прослеживает за моим взглядом и поджимает губы. – Поверь, милая, у тебя настолько сильный и надежный тыл, что тебе не нужна больше магия. – Что ты! – оживаю я. – Я не сожалею о том, что отдала Ричарду свой дар. Иметь силу спасти любимого и не сделать этого... Нет, я бы не пережила его смерть. Господи, как все сложно! Подскакиваю с пуфика и не знаю, куда себя деть. Я так запуталась, что с ума сойти можно. Я безумно счастлива, что мама жива, но ее отсутствие в течение семи лет оставили во мне какую-то зияющую дыру. Я невероятно сильно жажду увидеть моего дракона, живого, наполненного силой, и сказать спасибо, но в то же время с его молчанием на протяжении такого количества времени мне согласиться трудно. Ощущение, что мною поиграли, хотя я отдаю себе отчет в том, что намерения и цель действительно были благими. – Почему вы ничего мне не рассказали? – резко разворачиваюсь к маме. – Почему вынудили пережить столько всего? Да, я понимаю, что все было под контролем и в крайнем случае рядом со мной всегда оказывался тот, кто не позволял случиться худшему, как, например, капитан стражи, который подсел в карету ко мне и Себастьяну или девушки в тюрьме. Но не проще было бы ввести меня в курс дела и сделать союзником? Мама снова поджимает губы, встает и подходит ко мне. – Ты слишком искренняя в своих эмоциях, Катерина. И я понимаю твое негодование и прекрасно понимаю то, что ты злишься на меня и Ричарда, но знай ты, что я жива и все игра, смогла бы не выдать себя? Только благодаря тому, что ты ничего не знала, нам удалось вывести