Его твердый, возбужденный член толкается во внутреннюю поверхность моего бедра, и я чувствую, как он хочет меня в этот момент.
Железнову меня так же не хватало, как и мне его.
Боже…
- Я не могу сопротивляться тебе. Не могу противостоять всем твоим желаниям. Да и тебе в принципе, - мое откровение не уместно, но я должна это сказать. Он должен знать, что я слабее и каждое его ранение, хоть и словесное, медленно убивает меня сильнее и больнее, чем химический ожог, чем ранение ножом…
- Я знаю, - соглашается со мной Богдан, стягивая с меня в этот момент водолазку.
Вслед за ней, летят и другие атрибуты моей защиты, и я остаюсь совершенно нагая, дрожащая, толи от прохладного воздуха от приоткрытого окна, толи от предстоящего жаркого секса, которое накрывает с головой, заставляя забыть все на свете.
Тут же краснею от своих слов, когда до меня доходит смысл. Я почти ведь призналась в любви. Для меня сказать, что я завишу от него и его чувств ко мне означает тоже самое.
После того, как ладонь Богдана накрывает лобок и начинает с жадностью исследовать все складочки между ног, я дрожу всем телом. Сейчас самое время остановиться, вспомнить все, что я обещала себе, сказать «стоп» и прервать половой акт, чтобы показать и доказать себе, что я могу сопротивляться, что я хочу сопротивляться и должна, иначе потеряю себя в нем.
Но я молчу.
Никто из нас, после моего признания не говорит «стоп».
Неправильно себя задвигать на второй план и дальнюю полку, но я могу пока только признаться себе, что люблю его, что я уже никогда не буду прежней.
Я не смогу дышать без него.
И зная, что эти отношения раздавят меня и переломают все кости, я восторженно и с особым трепетом жду этого, предвкушаю эту адскую боль и не сопротивляюсь.
Пусть так, но в это мгновение я буду счастлива. Пусть не долго, но буду.
Богдан чуть наклоняется и зарывается носом в мои волосы, пока его член исследует мою нежную плоть.
Мое дыхание обрывистое, иногда я даже забываю, как дышать, но потом пытаюсь восстановить его, наверстать упущенное, и снова задерживаю.
Черт. Мое желание все сильнее и сильнее с каждым мгновением. Бесконтрольное от меня, живущее собственной жизнью, напоминающее безумие.
Мое тело звенит от наслаждения и напряжения, которое, между нами. Я почти на грани, цепляюсь ногтями за его спину, дышу в его плечо и невольно кусаю, чтобы не кричать. Богдану все равно, что я делаю ему больно, не обращает внимания и никак не реагирует.
Я так пьяна или отравлена этим мужчиной, что после завершения, когда горячая волна проходит по всему телу, словно ток, я жажду еще.