Соскучилась я, и плевать мне было, что я наконец-то скину с себя необходимость сидеть на всяких заседаниях, слушать доклады, подписывать какие-то распоряжения. Бюрократия — вещь неистребимая и даже на руинах старого мира расцвела с новой силой, беся меня неимоверно. Саныч с Бражниковым спелись так, что спасения от них нет, дескать, во всём должен быть порядок. Но, мы великодушно терпели этот бумажный филиал ада, они тянули на себе основные тягости организации быта, а нам оставалось выслушивать сжатые доклады и подмахивать тонны бумажек.
— Переживала? — усмехнулся муж.
И огрёб лавину ударов вперемежку с поцелуями.
Что за глупые вопросы задаёт, да ещё и издевается? Сам свалил на две недели, а мне тут сиди на месте, нервы трать. И даже тот факт, что его экспедиция не была прихотью, всё равно не умаляет того факта, что я тут извелась, сидя за надёжными стенами.
— Новых мобов видел? — задала я уже ставший традиционным вопрос.
Да, Система-то никуда не делась. И даже то, что централизованного ввода новых видов мобов не стало, не мешало монстрам эволюционировать. Редко, конечно, но иногда очень непредсказуемо. То ли спариваться они начали, то ли ещё по какой дорожке пошли, являя на свет варианты шизоидного бреда.
— Не-а, всё как всегда, химеры по болотам сидят, оборотни леса оккупировали, а зомби новых вот уже с полгода никто не встречал, одни недобитки и приходят на огонёк.
Это радовало, зомби ещё оставалось немерено, но они перестали группироваться в стада и теперь шлялись неприкаянными гниющими привидениями, изредка натыкаясь на людей. Собственно, там свой конец и находили. Уровни-то продолжали качаться у людей, а вот зомби застряли в развитии, в отличие от живых монстров, что получились из зверья.
— Как там Зарина? — затихла я, когда Рэй сгрёб меня в кучу и уткнулся носом в затылок.
Время идёт, а привычки не меняются, как торкал его мой запах, так и продолжает.
— Да что ей будет, она нашего единственного ядерщика с ума свела своей трескотнёй. Он теперь отказывается с ней в одной группой ходить, — хохотнул Рэй.
Она может да, а если ещё и Лакки рядом нарисуется, с такой же неуёмной тягой к знаниям, то тушите свет — языки отвалятся у всех, на кого эта парочка шебутных малолеток обратит свой любознательный взор. Как их двоих только её вечные хвостики терпят? И ладно бы, когда Ван ещё русский не понимал, но сейчас-то вполне освоился, предпочитает молчать, акцент там такой, что мама не горюй, но понимает почти всё. А уж, что там в голове у Андрейки с Птенчиком вообще неясно. Хотя Дена я хотя бы понять могу, застукала их с Зариной как-то в более чем пикантной ситуации. Но Андрейка то чего? Или и ему от общительных щедрот рыжей красотки перепадает?