— Аррргх! — Выдал я с удовольствием.

— Засранец? — Спросила внезапно упокоившаяся Рита.

— Засранец! — Согласилась с ней тут же Алена.

— Засранец… — Не смогла сдержать эмоций сестренка.

Какая идиллия! Хоть стой, хоть падай.

— Как же я вас всех люблю! — Вполне искренне признался я.

Нет, правда, напарницы мне все равно не поверят, списав признание на попытку издевательства, а сестренка… А кому она расскажет? И кто ей в том поверит.

— Неправда. — С интонациями Маргариты, неожиданно мурлыкнула Алена.

Водница сделала несколько грациозных текучих шагов в мою сторону. Однако тут же, сняв что-то с моего пиджака, она подобно прибою, «откатилась» назад.

— «Любишь» ты, похоже, какую-то блондинку! — Заявила она. — Поделишься с нами?

— Эк… — Слегка офигел я от такого предложения. — Блондинкой⁈

Мозг слегка взорвался, стоило мне представить эту замечательную картину: «Инга, это Кареева и Громова. Они хотят с нами!». Главное, заранее медиков вызвать. Глядишь и откачают! Вопрос только в том, кого именно.

В ответ на это Маргарита распахнула свои глазки. А вот Алена сориентировалась мгновенно:

— Демид, ты сегодня сколько спал? — Поинтересовалась она мягка.

— Не много. — Вынужден был признать я.

Во всяком случае, исходя из самочувствия. А так не очень помню, если честно. Мне бы сейчас ванную принять, выпить чашечку кофе… И придавить на массу часиков восемь. Вот что было бы идеальным завершением дня. И пусть сейчас только шестнадцать часов. Ничего страшного.

— По тебе видно. — Довольно дипломатично заявила она, аккуратно наступив на ногу подруге.

Нет, я не видел. Просто уже очень неплохо изучил обеих. И такая недовольная мордочка у Маргариты бывает лишь в те моменты, когда ей от души хочется высказаться. А ей не позволяют. Обстоятельства. Или Громова.

— Есть будешь, Демид? — Поинтересовалась Юлия, расставляя приборы на еще одного человека.

— Да, с удовольствием. — Кивнул я. — И да, спасибо тебе за сегодняшнюю ночь. Это было великолепно!

На лице рыжеволосой прелестницы ни один мускул не дрогнул. Хотя улыбку она сдержала явно с большим трудом.

— Все для тебя, Демид Николаевич. — С легкой, едва различимой, ноткой томности в голосе ответила «горничная». — Садись, поужинай. Ты заслужил!

О, эти взгляды! Ради них стоило постараться. И, если с сестренкой мне потом объясниться все же придется, то напарницы головы пусть ломают что же здесь происходит в конце концов.

Ну и будет им чем заняться. Их тоже, насколько мне известно, неплохо «перезагрузили». Пусть и более традиционными средствами — на сутки загнали в какой-то невероятно крутой салон, куда за месяц записываются даже представители Великих. Массажи, процедуры, парикмахеры и… Да, кстати, против правды тоже переть нехорошо. Так что придется признать: