А я-то думал, что это моя заслуга, а оказывается, это Его Превосходительство с начальником оперативного отдела так решили. А чего я ожидал? Что по-другому скажут? Наивный.

— Но ведь здесь тоже ничего не было, пустой мыс. Для моего Ньюпора только успели полосу подготовить, траву выкосить.

— Да, пустой. Но Его Превосходительство пообещал, что поспособствует быстрейшему вводу в строй Ревельской станции. Вас не удивляет, почему я Вам так подробно всё это рассказываю? Николай Оттович настоял на этом. Благодаря Вашей удачной бомбардировке этот план был утверждён в Петербурге. Но вернёмся к новому гидросамолёту. Сейчас им командует лейтенант Лавров. И, как вы, тоже недоволен своим бездействием. Подал рапорт об отправке на фронт, в действующий авиаотряд. Мы пока не решили, удовлетворять это прошение или нет, но придержать придержали до результатов нашего разговора. Александр Васильевич предложил, а Его Превосходительство поддержал Вашу кандидатуру на эту вакантную должность. У Вас больше опыта и лётной практики, Великий Князь Вам благоволит. Уверены, что там Вам самое место, — сделал коротенькую паузу, вильнул взглядом на моего Георгия и вкрадчивым голосом добавил. — На Илье Муромце столько бомб можно будет в полёт брать, что… Опять же четыре пулемёта Максима на борту… А если использовать его в качестве носителя торпед? А, Сергей Викторович? Это же как раз всё то, что так Вам нравится и что Вы с таким успехом используете. И используете с такой эффективностью, которой ни у кого пока нет. Вот и Александр Васильевич на этом Муромце только Вас в качестве пилота и видит.

— Я же говорю, поручик, черти Вам ворожат, — оторвался от бумаг Эссен. — Да что Вы мнётесь, словно барышня? Соглашайтесь. Поверьте, там вам самое место будет. Столько всего сможете наворотить.

— Да чего я в Петербурге-то наворочу?

— Почему же в Петербурге? Освоите самолёт, механизмы, сработаетесь с командой, и добро пожаловать назад, к нам. Для чего-то же я согласился на Ваше предложение, которое самым чудесным образом совпало с мнением Александра Васильевича, и дал добро на перебазирование Либавской станции сюда? Будем создавать новую структуру у нас на флоте под личным управлением капитана второго ранга, — сделал многозначительную паузу, чтобы мы все прониклись сказанным и закончил.— Александр Васильевич, Вы не ознакомите нас со своими планами?

— Мы уже её создаём. Она отлично вписывается в ранее утверждённую схему, — развернулся от созерцания содержимого шкафа Колчак. — Только радиус действия имеющихся у нас гидросамолётов и летающих лодок не позволяет их использовать в полном объёме из этого порта. Поэтому и заинтересовался Борис Петрович Вашим самолётом, его практическим применением. Подсказал решение. На московском заводе раньше срока приступили к изготовлению десятой модели Ньюпора со всеми вашими переделками. Инженерное управление изучило доклад полковника Глебова и утвердило результаты испытаний. Мы запросили четыре аппарата усовершенствованной модели с увеличенными баками и более мощными моторами. Пока четыре. Дальше. Основной ударной единицей сделаем Муромца, а в сопровождение и прикрытие пойдут новые аэропланы отряда. Если понадобится, будем здесь ставить их на поплавки. Можно будет использовать Ваши предложения по воздушной разведке и фотосъёмке. Впрочем, мы их уже используем по мере возможности. Самолёты не простаивают, лётчики из кабин не вылезают. Основная база нового подразделения будет здесь, в Ревеле. Уже полностью организована работа мастерских, оборудовано хранилище топлива. Запасная станция на время боевого применения так и останется на Эзеле.