Затянувшийся разговор закончился обсуждением возможных приёмов пилотирования во время ведения воздушного боя. И тут оказалось, что Нестеров просто фанатик глубоких виражей. Ну и прекрасно. А я ему несколько новых приёмов подкину, да ещё и с подкреплением оных с аэродинамической точки зрения. Горка со снижением и набором высоты, да ещё и с полупереворотом; подход к вражеским аэропланам из задней нижней полусферы, стрельба по дирижаблям зажигательными пулями, применение бомбового удара по наземным эшелонам противника, использование фотосъёмки при проведении воздушной разведки — поговорили о многом. Сумел я удивить штабс-капитана. Всё, конечно, не обсудили, но побеседовали весьма продуктивно.
Разговор продолжили за ужином, после которого и распрощались. Назавтра штабс-капитан убывает в Киев, в свою часть. Буду надеяться, что в этот раз после нашего разговора он проживёт дольше и больше пользы своими знаниями и умениями принесёт Родине. Что я, зря старался что ли, в его голову столько нового вкладывал?
Да и мне пора заканчивать эту подзатянувшуюся командировку. Я здесь сижу уже неделю. Конец июля, скоро август. Самолёт мой почти готов, осталось навести последний лоск и заправиться. Все работы по переделке аэроплана проделали быстро, за считанные дни. Почему? Во-первых, это завод с квалифицированными мастерами и необходимым для переделки инструментом и станочным парком. А, во-вторых, я скупердяйничать не стал и подстегнул рабочий энтузиазм мастеров хорошей денежной премией по завершению работ. Успешному, само собой. Обманывать никого не стану — как обещал, так и сделаю, со всеми рассчитаюсь. Потому что нравится мне получившийся в итоге самолёт. Кстати, от одноместного варианта я отказался. Пусть чуть-чуть потеряю в скорости и грузоподъёмности из-за увеличившегося веса, зато выиграю в боевом применении. Ведь у меня появится постоянная огневая точка за спиной. Найти бы мне ещё для этой цели хорошего и толкового стрелка, немного дать ему практической тренировки, и все вражеские аэропланы будут наши. Ну и не только аэропланы.
Мотор на полутораплан поставили самый мощный из имеющихся на заводе, на сто лошадей, заодно увеличив и ёмкость топливного и масляного баков. В результате и морда у самолёта вытянулась чуть-чуть вперёд для соблюдения центровки, и стрелку-наблюдателю в задней кабине можно было сесть нормально, а не по-кавалерийски, как полагалось на стандартной машине. Попытался «изобрести» простейший карбюратор, но тупо не хватило времени. Буду пока нарабатывать навыки управления дроссельной и воздушной заслонками, благо неплохо получается. Другие способы мне как-то не нравятся. Буквально на днях наблюдал аварию самолёта, где лётчик регулировал обороты зажиганием. В результате мотор вообще заглох и не запустился. Так и сел перед собой, куда пришлось. Поломал аппарат и сам поломался. Да. А над карбюратором нужно более тщательно поразмыслить. Чем-то он мне напоминает давным-давно виденные в детстве. Круглой формой, что ли? Хотя-я, может и не стоит время терять. Посмотрим.