— Что это значит? — спросил его парень.

— Имперские егеря, — ответил вместо Снарра отец. — Только ни используют длинные, блочные луки. И стреляли не прицельно, иначе я бы уже был мёртв, егеря не промахиваются. И если егерские батальоны здесь, то император принял решение разобраться со всеми беспощадно.

— Что же делаем дальше? — спросил Арден отца.

— Бросаем всё, что не собрали и немедленно уходим. Прав был Маркан, прав… а я ошибся. Нужно было уходить в ночь, — ответил отец. — Помоги мне встать, сын.

Арден помог отцу встать и, не слушая его возражений, наложил на рану, всё ещё слабо кровоточащую, тугую повязку. После чего, все они, побросав то, что не успели собрать, вскочив на коней, бросились прочь, от ставшего внезапно совершенно негостеприимным города.

Дальнейшая поездка домой, скорее, напоминала бегство. Они почти не останавливались, хорошо изначально пришли одвуконь и могли двигаться довольно быстро. Но, была ещё одна проблема. Рана отца воспалилась и, несмотря на все усилия Ардена, состояние графа с каждым днём ухудшалось. Лучше всего было бы остановиться и дать отцу и ране покой, но Дантор не желал задерживаться, опасаясь, погони. Кончилось всё тем, что во владениях барона Тогала, Дантор поутру просто упал с коня, потеряв сознание.

Домой его привезли на повозке, которую выдал им барон.

Плечо у отца выглядело плохо, развился сепсис и ситуация, похоже, стала необратимой. Но, Арден решил, что не позволит отцу умереть от заражения крови. У него уже есть лекарство, пусть не проверенное до конца, пусть опыты он успел поставить только на животных. И они оказались сугубо положительными. Так что, пусть и опасно это, но альтернатива всё равно была смерть графа.

Друзья по его чертежам изготовили парню иглы и шприцы, он же собрал всю возможную сейчас выдержку с плесени. Пусть, её, по его мнению, было и немного, но отцу этого количества, должно хватить. Если же нет… Об этом Арден даже думать не желал.

На второй день в замке, он наконец-то всё подготовил и отправился в спальню родителей. Отец был там, лежал в беспамятстве.

Войдя в комнату, застал в ней заплаканную мать и такую же зарёванную её доверенную служанку. Обе женщины сидели у постели графа.

— Что ты задумал, сынок? — спросила мать.

— Мам, у меня есть лекарство, пусть до конца не проверенное, но это хоть какой-то шанс, — ответил он, поставив стерильную посуду со шприцом уже заполненным препаратом на прикроватную тумбу.

— А если оно убьёт Дантора⁈ — воскликнула мама.

— Мам, папа умирает, это… — и Арден продемонстрировал шприц. — Его последний шанс. Выбора нет.