Мне грозила не только смерть, но и пытки, тюрьма, рудники. На некоторых из них настолько тяжёлые условия, что обычные люди не выживают, поэтому спрос на одарённых, кто будет добывать особо токсичную руду, имелся всегда.

Не могу сказать, что я хорошо переношу пытки. Был у меня случай, когда попался. Продержался два дня и был готов сдаться. Тогда меня отбили мои люди, и вовремя, потому что на том наше революционное движение могло закончиться. Вот такая вот не особо красивая история двухдневного геройства, которое легко могло закончиться предательством. Плюс бытия одарённым в том, что можно себя убить в любой момент. Против этого, уверен, хватает средств, но… Короче, даже этого я не особо боялся. Так, слегка мандражировал.

В остальном же… Честное слово, мне даже любопытно посмотреть, что произойдёт, если меня отправят на рудники. Проклятого артефактора, ага. Руду добывать.

Как-то так и получалось, что вероятность конкретно так встрять меня не особо пугала. Я проклят. Пожил немного более-менее нормально, и хватит. Что тут ещё скажешь? На фоне этого пофлиртовать с Фетисовой — вполне себе закономерная мысль для лихого фаталиста.

— Меня интересует то, как ты попал на подпольные бои. Или будешь отрицать, что не был там? — снова перешла она на ты.

— Если мне принесут воды горло смочить, расскажу эту историю.

По глазам вижу, она еле сдерживается, чтобы не прибить меня. Тем не менее воды мне принесли.

— История простая, — заговорил я, отхлебнув. — Вы ведь знаете, что родители мои погибли? Из родственников только сумасшедшая бабка, которая спустила на любовников все сбережения. Поэтому я молод, без поддержки семьи и нищ. Возможно, вам это будет трудно понять, госпожа Элина, с таким-то отцом, но заработать деньги в пятнадцать лет, будучи никем, с нынешними ценами — это, мягко говоря, не самая тривиальная задача. Это что касается мотивации, почему я оказался прошлым вечером на подпольных боях. Искал возможности заработать.

— Вы знаете, что это незаконно?

— Что именно? Впрочем, и правда хватит дурачиться. Согласно имперским законам, мне, как аристократу и участнику, полагается штраф от десяти до пятидесяти тысяч рублей.

— А вот тут ошибаетесь. В деле замешаны демоны, а значит, вы, как соучастник, получите высшую меру.

— Это ваше окончательное обвинение? — спросил я. — А я ведь нормально вам отвечал, госпожа Фетисова. Вы же продолжаете меня пугать.

Женщина поджала губы. Это воспринимать как признание ошибки? Я ведь вижу, что её корёжит от проклятий.

— К тому же раз вы мне сразу обещаете высшую меру, получается, сотрудничать мне смысла нет? — заключил я. — Ну ладно, давайте тогда так. Отвечать буду в присутствии адвоката.