— Хорошо, — она тоже улыбнулась, — только смотри, не допоздна.

— Обещаю.

— Всеволод, ты думаешь, это хорошая идея? — Егор шел рядом со мной и то и дело косился по сторонам, — зачем тебе это всё? Эти парни никогда с нами дружить не будут, особенно после того, как ты победил их главаря.

— Ну, может быть, кто-то и решит сменить лагерь, — я пожал плечами, — а нужно мне это потому, что я прекрасно видел, половина гимназистов ходят в самых простых одеждах, да и на столах в этом трактире не было яств, обычная еда, может быть, чуть лучшего качества, чем в простом доме. А я предложу им возможность заработать, разве это плохо? Поначалу они будут рядом из-за денег, а потом я завоюю авторитет в этой компании, и дело сделано, — я подмигнул Егору, — не кисни, друг, всё будет хорошо, я тебе обещаю.

— Как скажешь, — уныло ответил Егор, а через несколько минут мы уже дошли до трактира.

М-да, в прошлый раз я пришел сюда, чтобы показать этим недоумкам, что нельзя недооценивать простой народ, а на этот раз я сделаю так, что они будут работать на меня. Всего-то небольшое вмешательство в разум, просто дуновение, но этого хватит, чтобы осуществить задуманное. Энергия душ дает безграничные возможности, особенно если знать, как ее применить. Толкнув дверь, мы с Егором вошли, и, судя по картинке, сделали это не очень вовремя. В центре трактира стоял тот самый парень, Воскресенский, кажется, а напротив него стояла троица бывших дружков Антона. Так, видимо, ребятки решили занять место главаря, очень интересно.

— Здравствуй, Михаил, — вспомнив имя парня, я подошел к нему и протянул руку, — помощь нужна?

— Здравствуй, Всеволод, — Михаил пожал руку и, бросив брезгливый взгляд на троицу, отрицательно покачал головой, — нет, помощь не нужна, сам разберусь. Эти ребята решили высказать мне претензии, по их мнению, именно я виноват в том, что Антона отправили на каторгу.

— А кто еще, Миша? — прошипел один из них, — это ты настоял на дуэли, может, ты на легавых работаешь, так же, как твой папаша?

Удар Воскресенского был быстр, очень быстр, говорливого придурка снесло с ног, а Михаил демонстративно погладил свои кулаки, глядя на оставшихся многообещающим взглядом.

— Кто-нибудь еще хочет высказаться о моей семье? — ледяным тоном спросил Михаил, но никто не захотел, поэтому парень пригласил нас с Егором к себе за стол, — Вы пришли по делу или просто решили посмотреть на то, как отдыхают гимназисты? — Михаил налил нам кваса и себе тоже, — ну же, Всеволод, можно сказать, что я тебе должен, так что не против оказать помощь, если это, конечно, будет в моих силах.