Четыре дня, в течении которых Алекс отсутствует. Он снова уехал, оставив во главе Аллу.
– Хочу погладить тебя, – хрипло просит немного тучный мужчина, заказавший меня.
Извиваясь под музыку, игриво мотаю головой.
– Нельзяяяя, – пропеваю, склонившись к нему и едва коснувшись указательным пальцем подбородка.
– Бляяядь, – возбужденно рассмеявшись, он косится в сторону камеры, но рук не распускает.
Клиенты знают, что у нас здесь строго. Нарушил правила – бан на месяц. На входе не пустят, даже если предложишь миллион. Нарушил дважды – клуб для тебя закрыт навсегда.
Поэтому приходится мужчинам держать себя в строгих рамках. За это Алексу хвала. Девочки говорят, что при прошлом владельце происходила самая настоящая вакханалия. Если сейчас клиенты – почти все высокого социального статуса, то раньше приходилось иметь дело и с обычными извращенцами, платящими за вход, скупящимися на чаевые, но при этом позволяющими себе отвратительное поведение в адрес девочек.
Музыка завершается и я, делая, как советовала Ибица, чтобы получить больше чаевых, сама сажусь к мужчине на колени и обвиваю его полную шею рукой.
– Надеюсь, Вам понравился мой танец, – воркую, улыбаясь.
– Очень, котёнок. Может, продолжим? – вижу, как он старается держать руки при себе, хотя каждую секунду пытается погладить моё оголенное бедро.
– Я только танцую. Но если Вы пожелаете, то сможете заказать меня еще раз.
Встав, приоткрываю тяжелую штору, давая ему намек на то, что время вышло, и когда мужчина, не стесняясь поправив свое достоинство, встаёт, выставляю ему бедро.
Усмехнувшись, вкладывает мне в трусики несколько купюр. Ммм, щедро. За это я прижимаюсь к его щеке губами.
– Спасибо Вам, Николай. Хорошего вечера.
– И тебе, крошка. Если все же решишься на продолжение, дай знать.
Закусив губу, томно опускаю глаза.
Делаю это не для него, а на камеру, которая у меня заранее установлена прямо напротив входа в комнату.
И то, что сейчас происходило тоже все было именно на камеру. Когда Николай уходит, я подхожу к телефону, спрятанному на стилизованной полочке, на которой как украшение стоят бокалы, и развернув к себе экраном, останавливаю запись. Пролистываю немного назад, проверяя качество записи, и триумфально улыбаюсь. Получилось.
Что ж, теперь если Алекс кого и уволит, то только меня.
Довольная результатом, отправляюсь в гримерную. Сегодня ночью меня заказывают еще трижды. Сначала на танцы, а потом один из клиентов выкупает меня на час. Это впервые, поэтому я сначала пугаюсь, но потом, поняв, что мужчине просто хотелось поговорить, расслабляюсь.