Секс тогда у нас был охуенный. Всю ночь ее вертел в разные стороны, и она даже сама у меня анальный выпросила, хотя до этого была категорически против него.
Лизу же от половины так колбасит.
– Употребляла когда-нибудь? – скашиваю на нее взгляд.
Ладони зажаты между ног, вся напряжена.
– Что именно? – Шевелит губами, красными от того, что то и дело вонзается в них зубами.
– Что угодно. С парнем баловались спайсами, экстези? Любыми возбудителями?
– Нет. Я и алкоголь-то не пью, а все остальное вообще темный лес для меня.
– Вообще не пьешь? – пристально слежу за реакцией.
– Пару раз вино пила. На юбилее у отчима и на дне рождении подруги. У меня от него голова сильно кружится, поэтому стараюсь по минимуму.
Чистенькая, значит. Наверное, поэтому и реакция такая у организма. Не привык к химии, и даже пол дозы мушки для Лизы вышли лошадиными.
Затянувшись дымом, выпускаю его на улицу.
– Не там руки держишь, – бросаю ей, потому что дрожит она ещё сильнее, чем раньше.
– Что? – устремляет в меня свои огромные глазища.
В них чистая похоть и невинный блеск… Микс просто ядерный. По венам моим курсирует прямиком к паху.
– Колени шире раздвинь и удовлетвори себя. Легче станет.
И без того красные шёки покрываются ещё более густым румянцем.
Резко отведя взгляд, убирает руки с прежнего места и обнимает себя за плечи.
– Я нормально, – шепчет тихо.
– Я вижу. Меня стесняешься, что ли? Перед публикой же танцуешь, а сейчас из публики только я. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь и единственное, что поможет – это кончить. Не раз и не два. Ну или часа три страданий.
– Боже…
Прячет лицо в ладонях, крепче при этом стискивая стройные ноги.
Глупая малышка.
Ее эта робость как та же мушка только теперь уже для меня. Такая несвойственная всем знакомым мне стриптизершам она вносит диссонанс, но сейчас я думаю не о нем. А о том, что я сам на взводе.
Выбросив сигарету на улицу, беру руль левой рукой, а правую опускаю ей на бедро. Под возмущенное бормотание расталкиваю в стороны ноги.
– Что вы…? – охнув, хватается за моё запястье, а у меня уже искры из глаз летят от того, насколько там горячо.
Ребро ладони упирается во влажный перешеек трусиков. Хочется содрать их и увидеть единственное место на её теле, которое было пока недоступно моему взору.
– Расслабься, – поверх них ладонью обхватываю лобок, отмечая про себя какая она вся там миниатюрная. – Сама же стесняешься.
– Не на… – финальный слог проглатывается так и оставшись не озвученным, потому что я в этот момент надавливаю пальцами ей на клитор. – Оооо, Господи.
Выгнувшись, откидывает назад голову. Все противоречия улетучиваются. Глаза Лизы закатываются, а у меня зубы в крошку стираются от того, как сильно я сжимаю челюсть.