— Время вышло. — обернулась она и посмотрела Четвертому прямо в глаза. — Будь ты проклят, идиот. Не за себя проклинаю — за всех тех, что уже заплатили жизнями за этот проект. Можешь здесь валяться, на неделю тебе денег хватит, можешь завтра уйти и сдохнуть — это ничего не изменит.
И ушла в портал.
Три минуты истекли.
* * *
Четвертый еще немного посидел на кровати, потом вспомнил слова Старого: «Делай что должно, и будь что будет».
Он встал, собрал раскиданные вещи в хурджин, поколебавшись, сунул туда и оставленную Гуа на тумбочке рясу с шапочкой. Завтра с рассветом он уйдет. До рассвета оставалось еще часа четыре, надо бы поспать и немного набраться сил, но сна не было.
Вообще.
Полежав немного, Четертый открыл в справке новоприсланную сутру и принялся ее учить.
«Святость» сама себя не прокачает.
По крайней мере, никто не скажет, что он сдался.
[1] Формулировка взята из главного источника знаний в современном мире — Википедии.
Глава одиннадцатая Бикин. Софифи. Розенгартовка, Лермонтовка
(в которой все заканчивается хорошо. Ну, почти)
г. Бикин
Хабаровской локации
46°49′ с. ш. 134°15′ в. д.
Ранним-ранним утром, когда заспанное солнце только одним глазком выглянуло из-за горизонта, из города Бикин выехал человек на лошади.
Это был Четвертый.
Он ехал в никуда.
* * *
п. Софифи на о. Хольмахера,
локации Северное Малуку,
Индонезия.
0°43′ с. ш. 127°34′ в. д.
А за много тысяч километров от Бикина в самом дорогом и популярном баре поселка Софифи пили двое демонов обезьяньего происхождения. Занимались они этим уже довольно давно, оба были на хорошем взводе, потому говорили громко и жестикулировали яростно. Однако, другие посетители ничем не выражали своего неудовольствия, потому что никаких других посетителей в баре не было.
Некоронованный король острова Хольмахера по кличке Царь Драконов принимал своего друга, которого не видел очень и очень давно. А чтобы никто не мешал им общаться после долгой разлуки, он и выгнал из бара всех, включая бармена.
Теперь Царь Драконов сидел напротив старого приятеля за огромным столом, заставленным разнообразными деликатесами, сжимал в пудовом кулаке стакан с виски карего цвета и счастливо улыбался.
А вот старый друг, обычно отзывавшийся на имя «Псих» — не улыбался, а, напротив, ворчал:
— … так что теперь я сраный монах с запоротым билдом. Вот такие вот дела, Драко!
И Псих залпом влил себе в глотку все, что оставалось у него в стакане. Скривился, и закусил очищенной личжи.
— Но при этом! — продолжил он. — При этом! При этом что? А! Но при этом, Драко, я абсолютно свободный сраный монах. Абсолютно! Легально! Могу всех посылать.