Мая не обращал внимания на удивлённые взгляды многочисленных людей в терминале, когда их конвоировали наружу и рассаживали в служебные машины. Прямо сейчас он мысленно ставил себе плюсик за стратегию.
Как глава Эдогава-кай, вслед за безоговорочной победой по разряду дзюдо он одержал ещё одну победу — гражданскую:
— Это всё связано с убийством комиссара Янагида. — Он первым протянул навстречу полиции запястья, предлагая надеть на себя наручники и выигрывая невидимое противостояние в чистую.
Начальник смены иммиграционного контроля, Татикава из Управления Двора после этих слов могли дёргаться сколько угодно, но переглянувшиеся патрульные без слов, выражениями лиц, дали понять, что всё сделано правильно.
По дороге в Управление Мая наслаждался неожиданно свалившейся на голову ведомственной принадлежностью: у Члена Общественного Совета даже смартфон забирать не стали.
По мнению Решетникова, Кунайтё могло оказать неофициальное давление — он их лично за этим застал. Но на каждый яд существует своё противоядие.
Китайцем Ваном в аэропорту Ханэда по прилёту будут заниматься совсем другие сотрудники Управления иммиграционного контроля — не та смена, с начальником которой в соседней машине сейчас путешествовал глава Эдогава-кай.
Ветеран аппарата Императорского двора может «намекать» теперь знакомым в бюрократии сколько угодно, что не стоит помогать конкретному китайцу «во имя сохранения общественного спокойствия».
Когда выйдет из Управления полиции. А это случится по-любому после того, как Ван УСПЕЕТ по процедуре обратиться за статусом беженца — основным опасением Решетникова была мутная схема, при которой погранцы запихивают китайца в ближайший китайский рейс на родину, аннулируя визу в месте прилёта (имеют право) и, слегка нарушив правила, не дают хода его ходатайству о политическом убежище.
Мая полез за смартфоном — предстояло выполнить вторую часть порученного Решетниковым.
Полицейские покосились и ничего не сказали.
Борёкудан набрал Ченя — нужно кое-что иносказательно передать понятиями и словами, которых кроме них двоих никто в целом мире не поймёт.
— Пожалуйста, оставайтесь на своих местах! Специальные процедуры, это ненадолго! Спасибо за понимание! — скомандовала пассажирам в микрофон старшая стюардесса рейса.
Одной ремарки по громкой связи хватило, чтобы пресечь малейшие движения даже обитателей бизнес-класса, не говоря об экономе.
— Хорошо, что мы японцы, — негромко заметила Ута по-английски, чтобы было понятно и Вану. — В других странах народ менее дисциплинирован. Кто-то бы уже рвался к выходу, плевать на распоряжение экипажа.