— А что было дальше? — Ута добросовестно собиралась похныкать ещё, чтобы кое-кто помучился чувством вины (из виноватого мужика пластилин лепить легче).

Увы, любопытство пересилило.

— Вот ты везучий сукин сын, — проворчала она сердито, впрочем, сердилась больше в собственный адрес. — Ладно. Я из тебя ещё кровь попью! — Ута покачала указательным пальцем перед кое-чьим здоровенным гайдзинским носом.

— Наедине. — Мгновенно среагировал Решетников. — Все деликатные процедуры подобного характера — исключительно наедине. Пожалуйста.

— Что было дальше. — Стюардесса по виду смирилась с ненормальностью опекаемого дуэта. — Пограничники вызвали аэропорт: «Остановите самолёт. Надо снять пассажира».

— Это точно? — мстительно переуточнилось Ута.

— Да, я же сказала, — лёгкое удивление. — Именно этот момент наши сэмпаи в штаб-квартире в Токио провентилировали по своим каналам, затем сообщили нам для передачи вам.

— Этот информационный блок проверен надёжным источником и сомнений в достоверности не вызывает, — выдал логист несвойственным ему в Йокогаме канцеляритом. — JAPAN AIRLINES — люди серьёзные, в чём-то даже покруче министерства. Там обычно так, я про миграционную службу и авиацию: «Гражданина такого-то немедленно задержать. Вынесен запрет на выезд из страны в связи с возбуждением уголовного дела». Хотя я в упор не могу предположить, что именно они Вану инкриминировали — после выхода из тюрьмы он за час не успел даже на красный свет пройтись, не то что на уголовную статью наработать.

— Действия авиационной администрации говорят, что к чему-то всё же прицепились. — Против воли Уэки втянулась в дискуссию. — Если команда на возврат самолёта к гейту прошла, это не детские игры в песочнице — я как менеджер неплохо понимаю с точки зрения процедуры.

— Да. Диспетчер Ground Control прямо связался с нами: «Flight crue JL22, hold position immediately. Return to gate». — Подтвердила стюардесса. — Именно так и было.

— Страшно, — вздохнул метис вроде как не в шутку. — Хорошо, что задним числом, — добавил он тут же.

Настроение Уэки без причины рвануло вверх. Она обратилась к спутнику иным тоном:

— Слушай, я наверное истеричка. Ладно, потом обсудим — просто только сейчас дошло, — и развела руками. — Ты это… не бери близко к сердцу.

— Спасибо. Потом. — На задней части женского KENZO приятным прессом сжалась мужская пятерня, незаметно для всего остального мира.

— Нам с вами повезло, — продолжила сотрудница авиакомпании. — Мы были уже на рулёжке, почти у точки ожидания перед полосой. Вас тревожить не стали — всё менялось со скоростью молнии плюс во время взлёта нельзя вставать. А по внутренней связи на весь салон такого транслировать не будешь.