Ариса никогда не была дурой, такой момент тоже не упустила. Под напряжённым взглядом Хикару всё ещё весьма красивая женщина, не дотягивающая возрастом и до сорока, тоже засмеялась — с лучиками в глазах. Оперлась о большой обеденный стол (а ведь мы вдвоём почти им не пользовались никогда, отстранённо подумал Миёси-старший. Всегда едим вон за тем маленьким — на двоих выше крыши). Обошла импровизированное собрание по кругу, обняла хозяина дома сзади, поцеловала в макушку и тепло сказала:

— Звёзды не меняют своих орбит, да? Кому что, а лысому расчёска?

Младшая, до сего момента только что как струна не звеневшая и наблюдавшая в первую очередь за матерью, моментально расслабилась. Обмякла, зримо повеселела и откинулась на спинку дорогого интерьерного кресла (гарнитур куплен с доставкой буквально два часа назад именно для этого ужина — Моэко сообразила, что иначе четверым негде будет расположиться. Сам бы банально не учёл, старый пень).

Ариса без перехода принялась разминать мужские плечи, не стесняясь детей. Мая прикрыл глаза, скрываясь таким невзрослым образом от пронзительных взглядов дочерей.

— Кажется, жизнь налаживается, — весело выдала старшая.

В эту минуту кумитё с необычайной силой осознал, что жизнь далеко не окончена. Да, многое позади, во многие двери уже никогда не войти — но ещё большее количество дверей не то что не открыто, а даже и не замечено. Хотя и стоило бы.

— Спасибо огромное. Очень приятно. Да, именно так, — открывать глаз категорически не хотелось, он и не стал.

— Позже продолжим, — прошептала на ухо Наомото-старшая, которая девчонок в отличие от хозяина дома не стеснялась нисколько. — Беседу о моей фигуре. В другой обстановке.

Или это какой-то особый вид женской солидарности? На него дети смотрят насмешливо, а на неё нормально. Чем объяснить?

Зазвонил домофон.

— Это ко мне, — нехотя и через силу глава Эдогава-кай разлепил глаза.

Поднялся с женскими ладонями на плечах, потёр затылок и заозирался в поисках дистанционного пульта: по нынешним временам все системы защиты и управления функциями «умного» дома были активированы, батарейки и датчики заменены на свежие, нужные шестерни смазаны.

Чтобы отпереть калитку, выходить наружу стало необязательно.

— Сэмпай! — на пороге живой молнией нарисовался Годзё Таката, который после длительных ночных посиделок и уходил-то недавно. — С нашей стороны всё выяснил! — увидав собрание на первом этаже, парень прикусил язык. — Ох. Извините. В этом доме столько народу никогда не бывает.

Знать подобное ему было категорически неоткуда (только вчера лично познакомились), но фраза настолько к месту, что хоть спасибо говори.