— Да подожди Сидор, не горячись — Останавливает меня Ричард — Кажется я понял. Такое и правда могло быть. Я думаю Тупун не врет.

— Ты чего, спирта из примуса хватанул? — Я не ожидал, что Ричард вдруг поддержит инуита — Или тебя Тупун укусил, и ты от него заразился умственной отсталостью?

— Сам ты умственно отсталый — Хохотнул Ричард — Я думаю, что медведей действительно было четверо, только это была медведица с медвежатами! Я прав Тупун?

— Четверо медведей было, да. А то что трое из них маленькие размером, не важно! Они же всё равно медведи! — Тупун рассмеялся, хитро на меня посмотрев — Прадед никогда не врал!

— Тфу на вас! — Я от досады действительно чуть не плюнул на пол иглу, но вовремя опомнился — Сказочники!

— А твоя история, как ты десть дней на необитаемом острове в Индонезии жил, что, не сказка что ли? — Уже во весь голос ржет Ричард — Как акул ловил, как пресную воду добывал? Чем сказка Тупуна хуже?

— И ещё раз тфу на вас! — Я тоже рассмеялся. Ну да, история моя хоть и правдивая, только было это в другой моей жизни, в этом времени такого действительно быть не могло. Где Сидор Волков, до двадцати лет проживший на севере России, и где та Индонезия? — Сколько там времени? Ого! Всё парни, отбой! Ричард, гаси керосинку.

Мы спим в иглу без спальных мешков, по инуитски. Подстелив под себя всю ту же оленью шкуру, что служит нам и столом для приема пищи, и вообще, всем чем угодно, мы ложимся спать прямо в одежде. В иглу хоть и тепло сейчас, от примуса, но нет конденсата, снежные стены впитывать лишнюю влагу, а промокшая за день одежда высохнет от тепла человеческого тела. На ночь мы меняем только обувь, надевая меховые чулки. Ту обувку, что мы используем во время перехода, все выворачивают на изнанку, предварительно как следует отряхнув от снега, и она тоже успевает высохнуть за время нашего сна. И мы высыпаемся, у утру чувствуя себя отдохнувшими! Мы сейчас полностью ведем инуитский образ жизни, а у этого северного народа всё просчитано до мелочей. Сравнивать это путешествие с тем, что я когда-то проделал с американцами, это всё равно, что сравнивать труп тухлой крысы, с отборной мраморной говядиной!

До северной точки мыса Волкова мы добрались на семнадцатый день пути. Построенная мною и Льюисом каменная пирамида, засыпанная снегом и покрытая льдом, стояла на том же самом месте, где мы её и оставили. За те несколько месяцев, что прошли с момента её строительства, ни один камень не выпал из этого сооружения. Выцветший от солнца и потрепанный ветром Российский флаг, сшитый мною из цветных лоскутов разной ткани, до сих пор стоял на вершине гурия.