— Ну ка! — Я снял меховые варежки, и не смотря на мороз открыл импровизированный контейнер. Внутри и правда оказался лист, вырванный из полевого блокнота.

«Сидор, я надеюсь у тебя всё хорошо. Если ты читаешь это письмо, то сообщаю тебе, что мы идем по проложенному тобой маршруту и первая партия груза уже доставлена на промежуточные склады, я с Алюком вышли на три дневных перехода вперед от крайнего склада, чтобы доразведать маршрут. В пути нас застала метель, на этой точке мы провели четыре дня и сейчас выдвигаемся обратно. Надеюсь, что мы вскоре встретимся. У северной стены иглу в снегу зарыт ящик пеммикана и бидон керосина. Это всё, что мы с Алюком можем оставить в этом лагере, с собой у нас минимальный запас продуктов и собачьего корма, чтобы вернутся к основной группе. Вспомогательные группы Корнеева и Сизова уже идут назад на основную базу, чтобы пополнить припасы. Моя группа и группа Куницина продолжаем двигаться на мыс Волкова.»

— Отличные новости братишка! — Поделился я с напарником хорошей вестью — Передовая группа экспедиции совсем рядом. Возможно уже завтра мы с ними встретимся. Арсений был тут совсем недавно, возможно мы с ним сегодня даже разминулись, и он оставил нам немного продуктов, они зарыты за иглу, напротив входа. Живем!

Меня и Ричарда больше всего порадовала весть об ящике пеммикана. Разнообразить питание нам и правда хотелось. Последние дни пути мы пеммикан экономили, питаясь больше строганиной из сырого тюленьего мяса со специями. Керосин у нас оставался только для минимального обогрева иглу и растопки снега в питьевую воду, так что позволить себе жарить или варить добычу мы не могли. Мясо тюленя конечно очень нежное и сочное, отдаленно похожее на свинину или индейку, но есть его сырым то еще удовольствие. Хотя… Учитывая то, что растительной пищи, даже сублимированной у нас уже не было, сырое мясо было спасением от цинги.

Ящик и бидон мы нашли именно там, где и указал Арсений. Снег закрывавший этот миниатюрный склад был еще рыхлым, не успевшим смерзнутся и спрессоваться, что говорило о том, что мои предположения верны. Арсений ушел из этого лагеря или сегодня утром, или вчера!

Вечером мы устроили пир. Сваренная из размороженного пеммикана и кусков тюленьего мяса похлебка, стала первым нашим горячим приемом пищи за последние две недели. Причем порцию ужина я сегодня решил увеличить вдвое. Осоловевшие от обилия вкусной еды, привыкшие жить впроголодь мы, уже через десять минут после ужина начали клевать носом, засыпая буквально на ходу. В этот вечер спать мы легли как никогда рано.