Растерзанных… Скажем прямо — съеденных. Уверен, Дормидонт и его детки не отказались бы побаловать себя свежатинкой. Я уж молчу о том, какую свинью эта парочка могла бы нам с Валеркой подложить. Поди объясни потом злым как собака оборотням, что это не подстава, а просто два дурака, влезших туда, куда не следует.

— Вышлите мне данные того человека, который вас интересует, — после небольшой паузы произнес Александр. — Как скоро вам нужна информация?

— Опять вы задаете вопрос, который лишен всякого смысла, — вздохнул я. — Чем быстрее — тем лучше. И самое главное — смерти в его окружении. Товарищ был профессором в ВУЗе, так что студенты, коллеги, само собой — родные и близкие. Понимаю, что задачка непростая, но и ваши возможности велики, с моими не сравнить.

— Хорошо, что можем — сделаем, — пообещал Александр. — Как будет готово — вышлю результат вам на почту.

— И в «ватсап», — тут же попросил я. — Если не сложно. Данные прямо сейчас сброшу.

Кто знает, насколько я зависну у ворожей? А так будет что почитать на ночь.

— Хозяин, по ходу, все, остановка закончена, — крикнул мне из дверей автобуса Толик, который остался внутри стеречь рюкзак. — Давай лезь обратно!

Подтверждая его слова, водитель пару раз бибикнул, давая понять всем, кто был снаружи, что пора двигаться дальше.

Не думаю, что я Александра сильно смутил своими словами об аварии на трассе, более того, уверен, что Носов уже все знает. Но вот упоминание про возможную смерть его подручных, он, похоже, к сведению принял, потому и не стал артачиться. Надо заметить, что он вообще чем дальше, тем больше вызывал у меня определенную человеческую симпатию. Этот парень жил по какому-то своему кодексу чести, в котором все было четко разграничено и прописано, подобное не может не подкупать. Более того — он не старался казаться тем, кем не является. Не просто же так он уехал тогда вечером с фсиновцами, хотя и видел, что мне крепко досталось, настолько, что я вот-вот дуба дам. Но он не хотел мне помогать и не стал этого делать, причем в открытую, не маскируя свои действия какими-то дежурными словами. Просто уехал, и все. Опять же — после не позвонил, не спросил для проформы с лживым сочувствием для набора очков моей симпатии — мол, как ты там, живой? Ведь мог бы, но не стал.

Цельная натура, ничего не скажешь. Потому, если дело все же дойдет до открытой конфронтации с Носовым, именно этот славный парень первым познакомится с Павликом. А что остается делать? Он ведь до последнего будет защищать своего шефа, а если останется жив после его смерти, то примется мне мстить.