В любом случае чай был ароматным и крепким, с травками, хлеб — ароматным и ноздреватым, а масло и мед — невероятно вкусными. После четвертого бутерброда я еле заставил себя не тянуться за пятым куском хлеба. Причем Ильмера это поняла и жестом дала мне понять: «Да не стесняйся, ешь».

— Хорошенького понемножку, — сказал я. — И потом — мед надо в меру употреблять, меня от него после в сон клонит.

Ильмера лукаво улыбнулась и показала на розетки с вареньем.

— Да как бы одно место не слиплось, — улыбнулся я, — от сладенького-то.

За моей спиной хлопнула дверь, раздались легкие шаги, а следом за тем на мое плечо опустилась рука.

— А мне ведь уже доложили, что в моем доме гость нежданный, но ожидаемый, — раздался голос Вереи. — С шумом прибыл, ведьмак, пара моих подружек до сих пор недовольно бурчит о том, что тебя вообще пускать к нам не следовало.

Ильмера заинтересованно глянула на мать.

— Так он, дочка, с собой мертвяков притащил, — расхохоталась ворожея. — А после велел им всех тут перебить, если вдруг те его завтра не увидят.

Девушка удивленно посмотрела на меня, а следом за тем покачала головой, что я расценил как слова «да ну, не верю».

Мне отчего-то в этот миг стало неловко.

— Велел-велел. — Верея села за стол. — Но я его в том не виню. Он в городе живет, а там другие правила. Там или ты всех под пень загоняешь, или сам под ним сидишь, по-другому не случается. Никто никому там не верит, Ильмера, вот и привык наш гость во всем подвох искать.

— Не совсем так. Вашей дочери верю, нет в ней зла. — Я демонстративно отхлебнул чаю. — Вот, сижу за столом, ем, пью.

— Так на здоровье, — улыбнулась Верея. — Если угощение гостю по нраву, то хозяйке всегда в радость.

Ох, какое напряжение чувствовалось в ее голосе. Она, конечно, поняла, с чего я тут появился, и мне показалось правильным не оттягивать тот момент, который неизбежен. Потому я вновь достал из напоясной сумки капсулу с прядью волос ее сына и поставил на стол.

— Я знала, что ты сдержал свое слово. — Верея взяла ее в руки. — Почувствовала. Он умер легко? Быстро?

— Нет, — односложно ответил я.

— Ты так с ним поступил специально?

— Нет, — повторил я и добавил: — Так сложились обстоятельства.

— Ты это сделал сам? Своими руками?

— Снова нет. Вашим сыном занимался мой слуга, потому ему и пришлось помучиться. Этот призрак и при жизни был не самым добрым человеком, а сейчас совсем умом поехал. Короче, выбор прост — или так, или никак. У нас с вами договор, я обязан его выполнить, причем максимально быстро, потому использовал материал, который имелся в наличии.