Впрочем, не это главное. Куда важнее то, что у Мораны, похоже, в нашем мире то ли захоронки какие-то остались, в которых помимо крайне дефицитных, не сказать раритетных, ингредиентов для зелий еще много чего лежать может, либо имеются какие-то очень и очень мощные связи, причем с доступом к вот таким редкостям. И это точно не Мара, а кто-то куда более влиятельный. Просто девочку-нежить если не моя свита, так подъездный точно учуяли бы.

— Но заклятие, конечно, то еще, — заметила Вика. — И, что интересно, отчего-то в нем обошлись без упоминания об острове Буяне и Алатырь-камне. Редкий случай, обычно в таких случаях эту парочку непременно поминают. Тут же основная цель какая? Запутать кого-то, подсунуть ему вместо одного другое. Оборотное зелье по сути своей ведь является обманным. Как здесь обойтись без острова, находящегося на перекрестье миров, и камня-ключа к дверям, ведущим невесть куда? А их в тексте нет. Очень странно.

— Источник достоверный, — поняв, куда она гнет, произнес я. — Ручаюсь.

— Информация из первых рук? — вроде как немного поддела меня сотрудница отдела, сама не зная, что шуткой своей попала точно в цель. — Или из книги Вед?

— Ну, не настолько, конечно, — отвел глаза в сторону я. — Но близко к тому.

— Какую-то ведьму из старых разговорил? — неожиданно напряглась девушка. — Да? Сильно задолжал за подсказку и траву?

— Да нет, попросил помощи у зала, — успокоил ее я. — Со временем хочешь не хочешь, а связями обрастешь.

— Точно? — строго уточнила Вика. — Ладно. Надеюсь, что не врешь.

— Долго варить зелье будешь? — поинтересовался я. — Есть уже понимание сроков или еще нет?

Никаких шуток, я на самом деле не очень представлял, сколько по времени Виктория будет с этой адской смесью колупаться. Ну да, у меня за плечами имелся кое-какой опыт в сфере зельеварения, и несколько действительно сложных снадобий довелось сотворить, но не такое. Я, еще когда в тереме Мораны рецептуру читал, сразу понял, что не по Сеньке шапка. Здесь надо иметь опыт поболее моего и некий дар, тот, который называется «талант». Мой потолок — толковый ремесленник, да и его я достигну лет, может, через семь — десять, причем при условии, что не стану лениться и буду самосовершенствоваться. Ну и жив останусь.

Вика — другое. Она кем-то свыше в темечко поцелована в этой связи, к ее рукам травы льнут что живые, что засушенные. Сам видел.

— Денька два, — подумав, ответила мне девушка. — Подобрать компоненты, кое-что посмотреть, сварить, остудить, проверить… Завтра вечером позвони. Часиков в восемь вечера или чуть позже. Ладно, пойду. Спасибо за кофе!