Собственно, этот вопрос я и задал ему сразу после того, как через час с копейками уселся в машину, причем прямолинейно. В смысле — прямо в лоб. Ну интересно же!

— Слушай, а ты вообще кто?

— В смысле? — изумился Валера. — Саш, не пугай меня.

— Францевич сказал, что ты во времена младости здесь вместе с одноклассниками в одних труселях по кабинетам бегал, переходя от врача к врачу. Плановый осмотр вам устраивали, он же диспансеризация. Вот мне и стало интересно — это кто же у тебя мама-папа? У Вагнера спрашивать не стал, неудобно, решил тебя дождаться. Нет, если не хочешь, не отвечай, но я ведь все равно разнюхаю.

— Ты в этом смысле? — облегченно перевел дух Швецов. — Да какие тайны! Мама у меня искусствовед, с недавних пор владелица частного музея живописи, называется он «Века и люди». Ты, может, даже рекламу в сети видел, в социальных сетях ее реально много. Я маме подарок на Восьмое марта сделал, годовой абонемент у одного толкового парня проплатил. Таргетинг, все такое. Но этот Женька молодец, народ не то чтобы валом повалил, но его стало ощутимо больше.

— А папа?

— Бизнесмен, — мило улыбнулся брат. — Крупный. Металлы, немного нефтянка, еще кое-что.

— Точно! — подпрыгнула Жанна на заднем сиденье. — Я все думаю — откуда мне фамилия Швецов известна. В списке Форбса я ее видела, причем не раз. В русском, в самом низу, но все же!

— На кой ты его читала вообще? — удивился Толян. — Да еще и не раз?

— А как же? — возмутилась девушка. — Не знать, кто есть кто в плане личного состояния, в моем прежнем кругу общения считалось непрофессиональным подходом.

— Теперь понятно, откуда у него такая машина, — констатировал бывший таксист. — Как он тогда сказал? Что не он сам купил, что это подарок? Теперь ясно чей.

— Ой, можно подумать, ты сам сильно принципиальный! — поморщилась Жанна. — Если бы тебе твой папа такую подарил, то ты чего, отказался бы?

— Нет, — признал Толик. — Я ж не дурак. Только мой хрен чего подарил бы, если только набор пустых бутылок с балкона. Да и то не факт.

Все так, права моя свита. И потом — Валера же упоминал о том, что батя его патенты у Левинсона скупал, только я тогда на это особо внимания не обратил. И не особо тоже. Да и Нифонтов что-то такое говорил, но я тогда значения этому не придал.

— Так ты мажор! — не без иронии произнес я. — Ага?

— Грешен, шалил по юности, — кивнул Швецов. — И не очень того стесняюсь. Оно ведь как — было и прошло. Да и вообще — прошлое есть прошлое. Если им все время жить, то будущее медным тазом накроется.

— Да я ж без претензий. Мажор и мажор, чего такого? Вот, смотри, куда нам ехать надо.