Я подошёл к телевизору, провёл пальцем по тёплой деревянной поверхности. Включил. На экране сразу появилось изображение. Шла передача про уборку урожая.
— Ну что, — улыбнулся я, — сегодня всем подъездом у нас собираться будем?
Мать засмеялась и ушла на кухню, к плите, где уже шумел кипятком чайник:
— Давай-ка сначала поужинаем, герой ты мой. А там видно будет.
За окном темнело. Телевизор, чай с пирогами и тёплая домашняя атмосфера — идеально я завершал вечер. После всех сегодняшних событий это было как нельзя кстати.
Аэроклуб им. Чкалова.
Экзаменационный кабинет.
Вечер после экзамена.
Кабинет, где проходил экзамен, опустел. На столе лежали аккуратно сложенные работы абитуриентов, рядом — чернильница и несколько затупленных карандашей. За окном медленно садилось солнце, отбрасывая длинные тени на паркетный пол. Тишину нарушало лишь размеренное тиканье настенных часов.
— Ну что, коллеги, — начал Крутов, откладывая последний лист, — какие впечатления? — спросил он и посмотрел сначала на особого члена комиссии, который сейчас стоял возле окна и по своему обыкновению дымил в окно, изредка поглядывая на улицу, а затем и на второго члена комиссии. — Георгий Петрович?
— Обычный набор, — пожал плечами тот, методично складывая свои бумаги в портфель, явно торопясь уйти. — Есть способные, есть не очень.
Крутов кивнул.
— Ваша дочь справилась блестяще.
Мужчина расплылся в улыбке и кивнул, но вслух серьёзно добавил:
— Есть над чем работать.
Мужчина в костюме со стальным отливом стоял у окна. Потушив сигарету, он медленно провёл ладонью по подбородку.
— А что скажете про Громова? — спросил он, отрываясь от окна.
Крутов слегка прищурился, на лице появилась довольная улыбка, как у отца, который гордится своим отпрыском:
— Очень интересный молодой человек. Знающий, подготовленный. Ответы чёткие, без воды. так сказать. Да и физически крепок — сдал нормативы на «отлично», хотя по внешнему виду так и не скажешь. Есть стержень у парня.
— Хм, — тот склонил голову набок. — А не кажется вам, что он слишком хорошо подготовлен для своего возраста?
Георгий Петрович оторвался от бумаг, поправил очки и пожал плечами:
— Пока ничего особенного не заметил. Отличник, да. Но ведь таких немало.
— Да? — мужчина медленно прошёл к стулу и сел, откидываясь на спинку. — А откуда у него такие знания?
— Любознательный. Учился, видимо, — пожал плечами Крутов.
— В обычной школе? — прищурился мужчина. — Или где-то ещё?
Георгий Петрович оторвался от портфеля, взглянул на говорившего:
— Александр Петрович, вы что-то хотите сказать?