Приехав наконец домой и зайдя внутрь, Мин одновременно выдохнул с облегчением и настороженно напрягся. В душе он всегда был готов к очередному разочарованию, но надежда не хотела умирать, как бы он ее ни травил. Она оказалась живучей тварью.

Когда навстречу им выбежала Нун, которая в слезах и неразборчивом лепете сдавила его в объятьях, Мин почувствовал вину за то, что не всегда относился к ней хорошо, порой специально отгораживаясь и называя просто прислугой. А ведь она, считай, растила его последние десять лет, но, как любой ребенок, он частенько бывал с ней не прав. Оттого сейчас Мин ответно обвил ее руками и успокаивающе бормотал, что в порядке.

Спустя мгновение он заметил в холле отца, который с беспокойно-напряженным выражением лица смотрел на него. Мужчина не подбежал обнимать его, такое было возможно лишь в какой-нибудь утопической новелле. Но даже невзирая на это, сердце болезненно защемило, когда отец прошел мимо него с Нун и подошел к Лайту, а затем по-отцовски коснулся парня.

– Сильно пострадал? Голова болит? – в голосе Вонграта-старшего слышалось беспокойство, когда мужчина профессиональным взглядом осматривал повреждения Лайта.

– Не беспокойтесь. Всего лишь несколько царапин.

Похоже, Лайту было неудобно за столь пристальное внимание к своей персоне, о чем красноречиво говорил его взгляд.

Мин поспешно отвел глаза. По возвращении в особняк казалось, что весь их разговор в кузове грузовика всего лишь сон, а его признание – унизительная и нелепая слабость. Он, вероятно, предстал перед Лайтом жалким закомплексованным типом, который так и не вырос, несмотря на статус и внешний вид.

– Завтра немедленно пройдешь обследования. Ты же знаешь, тебе нужно быть осторожным!

Услышав это, Мин даже не ощутил прежнего гнева или раздражения, слишком обессилил для этого. И просто понимающе усмехнулся, будто и не рассчитывал ни на что другое. Теперь он понимал: Лайт не виноват. Отца всегда будет интересовать кто-то другой больше, чем родной сын.

Но тут хозяин дома все же вспомнил о нем и, подойдя, неловко приобнял. Мин не сделал никаких попыток ответить на порыв, настолько искусственный, что во рту загорчило, точно его перед этим мучила изжога.

– Рад, что ты вернулся. Но я жду объяснений. Мне пришлось воспользоваться связями, чтобы вас начали искать раньше установленного срока после исчезновения. Даже не знаю, сколько людей занимается вашим делом с сегодняшнего утра, – сухо сказал Вонграт-старший.

Мин кивнул в ответ и молча прошел в кабинет отца. Лайт, видимо, хотел последовать за ними, но мужчина остановил его: