От вида кареты скорой помощи становится не по себе. Я вздрагиваю – то ли от холода, который пробирает до костей, потому что я босиком стою на не очень теплом полу, то ли от того, как быстро врачи направляются в дом.
Что-то случилось, но я пока не могу понять, что именно. Стою как припечатанная и не могу оторвать взгляда от всего, что творится внизу. Там суматоха. Врачи с носилками бегут к дому, кто-то из охраны машет руками, пара пареньков возраста Матвея стоят в стороне, наблюдая за всем, как и я, ошарашенно. Когда из дома выходят все те же медработники, у меня второй раз екает сердце, потому что на этот раз на носилках лежит человек. Из-за небольшой близорукости я плохо вижу и не могу разобрать лица, но кажется, это кто-то из приглашенных Матвеем.
– Ты чего не спишь?
Я едва не вскрикиваю, когда за моей спиной раздается голос Яны.
– Господи, напугала.
– Что там?
Шлепая так же, как и я, босиком по полу, Яна останавливается рядом, бесцеремонно отодвигает штору и впечатывается носом в стекло.
– С ума сошла?! Вдруг кто-нибудь увидит?!
Пытаюсь ее оттащить, но она не поддается. Я высовываюсь рядом, смотрю, на что уставилась Янка, и ничего такого не вижу. Зато замечаю художника. Он выходит из дома, засунув руки в карманы и глядя на уже отъезжающую машину скорой помощи. Его сына Матвея я почему-то не вижу и очень сильно надеюсь, что это не его увезли в машине, ведь тогда Лавинскому пришлось бы поехать с ним, разве нет?
– Что там делала скорая? – тихо спрашивает Яна, отстранившись от окна.
Я же как прикованная слежу за Лавинским. За тем, как он подкуривает сигарету и выпускает облако сизого дыма в воздух, а следом, словно почувствовав невидимое наблюдение, вскидывает голову и, кажется, впивается в меня взглядом. Я так быстро отстраняюсь от окна и зашториваю его, словно там внизу кто-то очень страшный и опасный.
– Эй… – толкает меня в бок Яна. – Что это было?
– Я не знаю.
– Как не знаешь? Кажется, ты была с хозяином, когда я уходила спать, – я улавливаю язвительные нотки в ее голосе, но стараюсь не придавать им особого значения.
– Потом меня привели сюда, потому что что-то случилось, и Ростислав попросил не выходить.
– Ростислав? – хмыкает Яна. – Как быстро, однако, ты со всеми познакомилась.
– Ты его знаешь?
– Конечно, знаю! – горделиво говорит Яна. – Я тут не без году неделю работаю. Я думала, что это я быстро со всеми познакомилась и сдружилась, но ты меня, конечно, переплюнула.
– Я не понимаю, ты винишь меня сейчас? Я всего этого не хотела.
– Ну да, ну да, – отмахивается Яна, забираясь в кровать и ежась под одеялом. – Я не хотела, он сам пришел.