Каменотесы долбили скалу какими-то странными клювастыми инструментами. Это был металл! Блестящий. Он вгрызался в камень и ни капли не сминался от удара! Хадани хотел было задать вопрос, но ему не дали. Двое каменотесов с трудом приподняли глыбу и уложили в тачку.
«Да разве я такую унесу?» — ужаснулся Живущий Под Холмом. Взялся за ручки — и тачка со скрипом пошла! Конечно, местами она застревала, а еще Хадани очень боялся разбить удивительное колесо. Но с помощью тачки он смог довезти до реки тяжеленный камень!
Конечно, никаких двадцать ходок он за оставшиеся полдня сделать не успел.
— Ничего, — улыбнулся крестьянин. — Завтра сделаю!
Тот разговор с Четвертым Камнем так ничем и не завершился. Я сказал парню банальности. Что сейчас все делают, что нужно для державы. Что у меня до сих пор нет стула, так как мастера по дереву изготавливают тачки и инструменты. Что про своё «Я» Камню пока стоит забыть. И не забывать о том, что десятки разных людей делают для него мастерскую, копают глину, строят печи для обжига.
Но я понимал, что это не ответ. Он совсем не объясняет гончару, что в его мире изменилось. И почему. А объяснить надо. Поэтому, после завершения планерки я подозвал Добчинского.
— Утром пошли гонцов к генералам. Им нужно прибыть в Базу через три дня. Для серьезного разговора.
Три дня. Я дал себе этот срок, чтобы обдумать всё и прийти к какому-то решению. Хотя, в глубине души понимал, что решение за меня приняла жизнь. Бытие определяет сознание, и никакие мои личные пристрастия на это не повлияют.
…Совет был максимально узким. Четыре генерала и четыре «гражданских»: Луч Света, Дитя Голода, Приходящий Завтра и Добчинский. И Серый, который тихой тенью сидел у стенки. Только самые авторитетные люди, которым я безусловно доверяю. Сначала все свои мысли я обкатаю на них.
— Я думаю, ни для кого не секрет, что наша жизнь в Эхутле сильно отличается от жизни в Четландии. За время нашего бегства нам пришлось полностью подчинить личные интересы общим. Мы знаем, что каждый, кто добыл еду в пути, должен поделиться с ближним. Иначе, многие просто умерли бы от голода. В случае опасности каждый должен брать в руки оружие — иначе погибнут все.
Ближники смотрели на меня с легким удивлением. Слишком очевидные вещи говорил владыка.
— Но на то оно и бегство, — кивнул, соглашаясь с их удивлением. — Только вот бегство закончилось, а ситуация не изменилась. Практически каждый четланин и те, кто к нам присоединяется, сейчас делают всё возможно для общего блага. Трудятся, управляют, воюют. Все живут в общих хижинах, питаются на общих кухнях. Все наши запасы хранятся на общих складах, и получить их можно только по высшему указанию. Моему, либо одного из вас.