«Ничего, один раз попробует, потом уже всей птичке пропасть, поймет, что можно сейчас жить немного по-другому», — улыбаюсь я про себя.
Не только около раскаленных печей хлебозавода свою яркую внешность и отличное здоровье потратить с концами без всякой пользы.
После того, как пробежался по знакомым магазинам, проверил на своем опыте, что получившие словесный отпор продавщицы-эстонки не особо хотят нарываться на новые воспоминания о своих родственниках, не противодействует мне активно.
Поэтому выкладывают по несколько наборов с конфетами и две-три пачки жевательной резинки без особых проблем. Правда, смотрят очень неласково, впрочем, мне от них никакая любовь вообще не требуется.
«Сработало мое неприкрытое хамство, похоже, никто снова нарываться на тщательно замалчиваемые воспоминания про родственников не хочет», — понимаю я.
Правда, и я ушами не хлопаю, когда одна из таких сразу же метнулась вглубь магазина. Как только разглядела мою внешность и захлопнула за собой плотно дверь, я тоже не стал там задерживаться ни минуты. Так, секунд двадцать погулял, не стал ничего спрашивать и некоторое время рассматриваю в упор вторую продавщицу.
«Мол, не хочешь ли что-нибудь сказать?»
Она не захотела общаться, поэтому лениво осмотрел прилавки с витринами и вскоре ушел из магазина. Сразу потерялся за углом и только издалека смотрел, не появится ли милицейская машина около магазина.
Не появилась, впрочем, выходя из магазина, я заметил, как вторая продавщица тоже сразу направилась во внутренние помещения. Наверняка, чтобы сказать напарнице, что парень-малолетка, очень много знающий лишнего про предков и родственников почти каждого эстонца, уже быстро ушел. Поэтому нет никакого смысла вызывать знакомых милиционеров правильного эстонского происхождения, чтобы разобрались с ним.
«Ладно, запомню этот магазинчик, больше не стану тут светиться, нет никакого смысла нарываться на неприятности с местной милицией», — говорю себе я.
В Эстонии сейчас самый большой процент коммунистов по отношению к остальным прибалтийским странам, примерно, как на Западной Украине. Вступают очень активно, чтобы занять руководящие должности и как можно более эффективно подрывать Советский Союз изнутри. Подрывать изнутри на хороших должностях — гораздо комфортнее и приятнее, чем сидеть в схронах и гибнуть, не дождавшись своего светлого будущего. И при власти, в светлых кабинетах, и кругом — тоже все свои, настоящие эстонские фашисты.
«Могу и в других местах набрать всего, что мне требуется, без особых проблем».
Так и сделал, набил сумку новогодними наборами, похожими в достаточной степени на скандинавские. Которые уже в новое, совсем демократическое время мы активно покупали в Чухонке или Швеции.