В итоге рвануло так, что наш отряд уполовинило, и мы остались без последнего младшего офицера. Итого пятнадцать бойцов, среди которых я самый старший по званию. Но это еще полбеды. Едва погиб командир, у меня перед глазами развернулся новый интерфейс, и в ухе прозвучала команда:
— Старший сержант Двенадцать-уло-семь, говорит капитан десять тысяч пятьсот-кано-три. Вы временно назначаетесь командиром штурмовой группы. В настоящий момент ваш отряд единственный, кто сохранил боеспособность на вражеском судне.
— Слушаюсь! — отозвался я.
— Ваша задача, старший сержант, добраться до рубки управления, и заблокировать системы вооружения вражеского крейсера.
— Принял, капитан.
— Вот и хорошо. Вся надежда на вас.
Разумеется, у меня были свои планы в отношении крейсера землян. Только делиться ими я ни с кем не собирался.
Коридоры, спуски и подъёмы, перекрестки… Когда я наконец отыскал план судна, расположенного на стене одного из отсеков, похоже это была кают-компания, нас осталось семеро. А когда подобрались вплотную к центру управления — так называемому мостику, кроме меня в живых было лишь два ветерана.
Девять выстрелов, и батарея тяжелого орудия поддержки разрядится полностью. Но этого хватит — от мостика нас отделяет всего лишь одна бронированная дверь.
— Приготовиться к штурму! — отдаю я приказ, и ветераны буквально вжимаются в стены коридора, готовясь идти в атаку. Навести оружие на цель — дело секунды. Выстрел.
Мне пришлось буквально прожигать плазмой последнюю преграду, настолько прочной она оказалась. Но едва дыра в переборке стала достаточной, чтобы в нее проник штурмовик, я отдал приказ и ветераны пошли в атаку. Их броня спокойно выдержала не только жар, но и капли раскаленного металла, падающие с оплавленных краев пробоя.
В рубке управления системы активной защиты отсутствовали, а стрелковое оружие было не в силах пробить броню сергианских пехотинцев. Тем более ветеранов. Поэтому я отдал чёткий приказ своим подчинённым — трёх человек оставить в живых, но обезоружить. Мол — для допроса. На самом деле у меня имелись на пленных совершенно иные планы.
Выждав несколько секунд, во время которых из рубки доносилась стрельба и крики, я двинулся следом. Атаки с тыла не ожидал — мы оставили за своими спинами серьезную баррикаду, в виде обрушившегося потолочного перекрытия. Точнее, это сами земляне постарались своими минами, мы лишь чуть-чуть помогли. Так что минут пять в запасе у нас было.
— Командир, рубка управления зачищена, в плен взят капитан и его помощники. — доложил один из ветеранов. Что ж, отлично. Теперь мой выход.