У меня перед глазами тут же всплыли воспоминания, как инструктор наставляет нас:

«Запомните, салаги, если вы увидели пехотинца сергианцев на расстоянии в две сотни метров, у вас имеются все шансы выжить. Но, если расстояние до противника меньше хотя бы на четверть — вы не жилец. Ну а если увидели бомбера — значит вы уже труп»

Поэтому я отогнал навязчивое желание открыть стрельбу прямо сейчас. Это автопушки мехов спокойно достанут врага на дистанции в километр, здесь же всё иначе.

А вот бомберы уже начали работать. Монотонно начали грохотать плазмомёты, отправляя по навесной траектории массивные сгустки плазмы, секрет которой до сих пор не разгадали наши учёные.

— Огонь! — раздался за спиной приказ офицера.

— Огонь! — продублировал я, хотя сам понимал — рано. Что ж, постараемся продержаться немного. Только не сутки, а хотя бы десять минут. Да, это было бы идеально.

Со всех сторон начали раздаваться выстрелы, и наш строй, всего лишь в одну шеренгу, встретил наступающих тварей. Теперь мне было отчетливо видно, что к нам несутся насекомоподобные существа, состоящие из металла. Из плюсов — у них не было дальнобойного оружия. Из минусов — слишком быстрые, и обладают острыми клинками. И скорее всего броня пехотинца не выдержит этих клинков.

Первые два залпа сергианцев имели околонулевой эффект. А вот третий ударил в самую гущу стальной волны, накатывающей на наши позиции. Сразу стал виден результат. Только на нашем участке сразу десяток механоидов (так я решил для себя называть этих тварей) полетели кубарем, став небольшой, но преградой для остальных атакующих.

Ещё один залп, снова результативный, а затем первые механоиды вклинились в наши ряды. Не дожидаясь, когда меня пронзят острым клинком, я опустился на колено, и скомандовал своим подчиненным:

— Всем присесть!

Увы, но моя команда не дошла до моего отряда. Ну, тут уж не мои проблемы. Не сообразили сами — подыхайте. А я постараюсь продержаться подольше. Мне ещё нужно выяснить, кто это передо мной такие?

Выстрел, и тварь, которая только что расправилась с соседом слева, получает заряд плазмы в вытянутый сигарообразный корпус. Плазма прожигает металлическую оболочку, и взрывается, выжигая все внутренности механоида. Тот замирает на миг, а затем складывается у моих ног грудой металла. Отлично, теперь передо мной появилась преграда. Невысокая, в полметра, но всё же.

Два выстрела подряд ушли на убийство насекомоподобного робота передо мной, затем вновь слева. А в следующую секунду мне едва удалось уклониться от атаки — два острых метровых клинка со свистом рассекли воздух справа от меня, в третий лишь поцарапал бронепластину на груди.