Их взвод занимался зачисткой небольшой деревушки, откуда несколько часов назад выбили польских наёмников. Отряд сопровождали три «Перуна», робота на гусеничном ходу, оснащённых двумя пулемётами калибра 12,7 мм, АГС и системой РЭБ для подавления вражеских дронов. «Перун» являлся экспериментальной моделью. Если «Терминаторы» прикрывали танки и имели экипаж, то эти машины — полноценные роботы, предназначавшиеся для прикрытия пехоты во время зачисток некрупных территорий, где не требовалось присутствие тяжёлой техники. Крепкая броня и кумулятивная решётка выдерживали попадание ПТУРа, а с гусеницами из усиленного сплава даже противотанковые мины справлялись не с первого раза. Для идентификации «свой — чужой» «Перун» наносил на бойцов специальные радиометки, из-за чего переодевание в нашу форму становилось для врага бессмысленным.

«Перуны» двигались в десяти метрах впереди, прокладывая дорогу среди минных заграждений специальными отвалами. Громкоговорители работали на полную мощность, убеждая врагов сдаться в плен, чтобы сохранить свою жизнь, получить гуманное отношение и справедливый суд. Наёмники не были комбатантами, и их ожидало уголовное преследование.

— Polscy żołnierze! Jedyną szansą na przeżycie jest poddanie się! Gwarantujemyhumanitarne traktowanie i sprawiedliwyproces!

Насколько правильно перевели текст на польский, Василий не знал, да и не хотел забивать себе голову. Поймут, если жить захочется. Противник сильно истощён, потерял много людей и техники, а промышленность европейских стран уже не справляется, столкнувшись с последствиями мирового энергетического кризиса. Нужно просто поднапрячься и додавить гадину!

Местное население на этой территории или бежало от войны, или было уничтожено захватчиками. По этой причине зачистки проходили без лишних церемоний и относительно быстро. Как и сейчас, «Перуны» отрабатывали из АГС по домишкам, и если после взрывов наблюдалась какая-то активность, то «разбирали» строения из пулемётов. Люди подключались в последнюю очередь, проверяя подвалы и прорытые между жилищами подземные ходы.

Бойцы закрепились в укрытиях и ждали своей очереди, наблюдая, как и без того разрушенная при артобстреле деревня постепенно исчезает с лица земли. Сколько их таких ещё будет, никто не знал. Позади наступающих войск лежали сотни тысяч квадратных километров покалеченной обожжённой земли, тысячи разрушенных населённых пунктов и миллионы сломанных судеб. Отступить было бы преступлением.

— Не стреляйте! — внезапно раздалось на чистом русском.

Женский голос, и доносился он из дальнего дома, куда ещё не добрались «Перуны». Один из роботов остановился и взял здание на прицел.