Внезапно в голове всплыла яркая картинка: солнечный летний день, море, крики чаек, а она, стоя на краю пирса, делает глубокий вдох и прыгает в прохладную воду, под пристальным наблюдением отца.Страх сковывал все тело, но желание победить его было сильнее. И вот, она уже плывет, наслаждаясь каждым мгновением свободы.
Этот образ стал для нее метафорой. Жизнь – это море возможностей, а страх – лишь небольшая преграда на пути к ним. Нужно набраться смелости, оттолкнуться от берега сомнений и нырнуть в неизведанное. Элиза сделала шаг вперед, не отрывая взгляда от его лица.
Каждый мускул на ее теле напрягся, каждый нерв трепетал в предвкушении.Шаг.Ещё один.Мужчина тоже двинулся навстречу, медленно, словно боясь разрушить хрупкую иллюзию. Шаг за шагом они сокращали дистанцию, пока между ними не осталось лишь несколько сантиметров.
- Привет, – тихо прошептала она, и ее голос дрогнул от волнения. Он молчал, лишь смотрел на нееВ его глазах она увидела вину и раскаяние.- Прости, что заставил тебя ждать, — прошептал он, — У меня возникли непредвиденные обстоятельства.
Девушка молча смотрела на него, пытаясь понять, говорит ли он правду. Но что-то в его взгляде заставило ее поверить в искренность его слов. Ведь главное он пришёл.Тихий вздох сорвался с ее губ:- Тебя не было очень долго, — ответила Элиза, и в голосе ее звучала одновременно и обида, и надежда.
Она ощутила каждую минуту, проведенную в одиночестве, каждый миг наполненный вопросами без ответов. Но сейчас, глядя в его глаза, она понимала, что прошлое уже не имеет значения. Важно только то, что они здесь, сейчас, вместе.
Макс протянул руку и нежно коснулся ее щеки. - Я не думал, что причинил тебе боль, и мне очень жаль, — сказал он, — Но поверь мне, я ни на минуту не забывал о тебе.Девушка затаила дыхание ей сложно было в это поверить:- Правда? Ты думал...обо мне?
Элиза почувствовала, как тепло его прикосновения разливается по всему телу, словно растапливая лед, сковавший ее сердце. В ее глазах заблестели слезы, но это были слезы облегчения.
8.
- Каждую секунду, — тихо ответил Макс, заправляя ей за ухо выбившуюся прядь рыжих волос.Кончики его пальцев покалывало, когда он касался её кожи.Её глаза, огромные и зелёные, как лесной мох, смотрели на него с тихой мольбой. В них плескалось что-то хрупкое, почти болезненное, что заставляло его сердце сжиматься.
Мужчина знал, что сейчас она уязвима, открыта, как рана, и это осознание одновременно пугало и манило.Его пальцы невесомо скользнули по её щеке, очерчивая контур скулы. Кожа под ними была шелковистой и горячей, как нагретый солнцем камень. Он чувствовал, как её дыхание становится неровным, прерывистым.