Это не совсем было похоже на открытие подпространственного кармана, из которого Мастера вызывали зверей. Мрачный разлом скорее напоминал бездонный провал, ведущий в Бездну. И он появлялся лишь у тех, чьи имена даже разноглазый боялся называть.

Через мгновение из тьмы показался глаз, и Велиан его… узнал. Разум разноглазого тут же сковал страх, ноги стали ватными, спина покрылась ледяной испариной, а сердце судорожно забилось.

А ведь Корвес спускался на Четвёртый слой, смотрел в глаза Костяному владыке и годами сидел напротив Драха, благодаря чему научился не отводить взгляд от людей, при появлении которых замолкали целые залы, но существо, сидящее внутри этой дыры, было опаснее всех их вместе взятых! И оно взирало на него, как на муравья, ползущего по краю тарелки.

Семихвостая тут же припала к земле. Гордость Велиана, именной зверь, ради которого убивали и умирали, теперь лежал, вжавшись брюхом в грязную мостовую и прижав хвосты, как побитая дворняга.

И тогда сквозь пелену паники в голове Корвеса всплыла старая, полузабытая история, которую рассказывали шёпотом. О проклятом ребенке, чьё тело перестало расти в десять лет. О том, что он успел натворить, и о городах, которые после этого пришлось отстраивать заново.

Разноглазый медленно склонил голову.

— Уходи, — сказал мальчишка. Взрослая нота в его голосе выползла вперёд и придавила детскую. — И больше сюда не возвращайся.

Сглотнув, Велиан дрожащей рукой распахнул подпростарнственный карман, однако края разлома задрожали. Впервые за долгие годы разноглазый испугался, что не совладает с собственной силой, но, стиснув зубы, всё же удержал проход, и лисица стремительно метнулась в марево.

Через секунду Корвес захлопнул карман и, развернувшись, направился прочь.

Мальчишка постоял ещё немного, провожая взглядом фигуру в капюшоне, пока та не растворилась за поворотом. Затем он медленно закрыл чёрный провал и разжал пальцы. Палка со стуком упала на булыжник, откатилась и замерла у одной из щелей, которую он ковырял последние годы.

Вечный ребёнок запрокинул голову и посмотрел на тонкий лунный серп.

— Ну вот и всё, Лиам! — звонко объявил он в пустоту улицы. — Я своё слово сдержал. Слышишь?

Он помолчал, будто рассчитывал услышать ответ.

— А остальные дураки пусть дальше ждут своего шанса! — добавил он и по-детски заливисто рассмеялся.

Резко крутанувшись на пятке, он скрылся в темноте, беззаботно размахивая руками.

Под светом горящих фонарей Велиан брёл по ночному центру, совершенно не помня, как покинул район Отверженных, и, кутаясь в плащ, думал, что делать дальше.