Можно добраться до порта, сесть на первый же корабль до южных провинций и через месяц есть виноград где-нибудь на тёплом побережье. Или податься на восток, за далёкие горы, вместе с торговым караваном. Сменить имя, отрастить бороду и осесть в захолустном городке целителем зверей, он ведь и это умеет, в конце концов.

«Нет, Драх всё равно найдёт меня. Он всех находит…».

Велиан очень хорошо помнил человека, решившего однажды, что расстояние сможет защитить его. Тот беглец имел продуманный до мелочей план, менял лица и корабли, и целых два года у него было всё прекрасно. А потом его нашли… Корвес до сих пор жалел, что в тот вечер оказался в зале и не успел вовремя отвести взгляд.

Ноги сами привели его к знакомому особняку. Разноглазый толкнул тяжёлую дверь и шагнул в коридор, встретивший его густой шерстью Снежного жнеца вместо ковра и вереницей постаментов из чёрного дерева. Однако Велиан прошёл мимо, не удостоив трофеи даже мимолётным взглядом.

Стоило ему толкнуть дубовые створки, как они бесшумно распахнулись, и мужчина вошёл в просторный полукруглый зал, где за мраморным столом его уже поджидала троица.

Драх сидел напротив двери, сложив пальцы домиком. Зеленоватый свет свечей подсвечивал серебряные пряди в его волосах. Селестина водила пером по пергаменту, не поднимая головы, а Тиберий медленно перекатывал между вытянутыми пальцами кольцо.

— Я не справился, — произнес Корвес, застыв в двух шагах от стола. Сесть он не осмелился.

Перо Селестины замерло. Кольцо в пальцах Тиберия остановилось на середине оборота. В зале повисла такая гнетущая тишина, что стало слышно, как потрескивали фитили свечей.

Драх буравил его тяжёлым, неморгающим взглядом так долго, что Корвес начал считать удары сердца.

— Ты подвёл меня, Велиан.

Почувствовав дрожь в коленях, разноглазый напряг мышцы и стиснул зубы, но… это не помогло. Судя по тому, как Тиберий вдруг принялся увлечённо рассматривать подушечку своего пальца, его позор заметили все.

— Господин Драх, — Велиан впервые услышал в собственном голосе заискивающие интонации, от которых ему стало тошно. — Я всё исправлю! Просто послушайте…

— Мне не нужны объяснения, — глава неспешно положил ладони на стол. — Мне нужен был результат, а ты оказался… Бездарем.

Селестина не шевелилась, боясь даже поднять взгляд.

— Достань зверя, — тем же ровным тоном произнёс Драх.

Внутри Велиана вспыхнула паника. Разум умолял немедленно развернуться, выбить ногой створки зала и убежать без оглядки, но скованное страхом тело не подчинялось. Медленно подняв руку, он открыл карман, и на мраморный пол грациозно шагнула лисица. Она вскинула узкую морду и, обведя помещение спокойным взглядом, повернулась к хозяину в ожидании приказа.