Опробовав новый фокус на голубе, она повеселилась, глядя как птица забавно подпрыгивает при упоминании моего имени. Потом, правда, проклятие развеяла, освободив птицу.

Остаток вечера провели в праздности. Погуляли по набережным, поужинали в небольшом ресторанчике на воде, пока нас катали по многочисленным каналам и речкам. Но, всё хорошее когда-то заканчивается. Закончилось и наше свидание.

Переночевав в резиденции, прямо с утра отправился на инспекцию аномальной зоны. Новая, удобная дорога серой лентой ложилась под колёса автомобиля, да так хорошо, что мимо то и дело мелькали фуры Винокурова. Относительно небольшой участок разломов разрабатывался не хуже чем три, а то и четыре подобных ему. По прибытии в лагерь встретил Проскурина.

— Ваше сиятельство, за время вашего отсутствия было предотвращено пять попыток диверсий. Удачных — ни одной.

— Молодцы. В следующий раз можешь говорить без лишнего официоза.

— Виноват. Привычка.

— Вадим, ты уже не лейтенант. Ты десятник моей гвардии. Кстати, поздравляю со сдачей ГСО. — я кивнул на скромно смотревшийся на широкой груди десятника золотой значок.

— Благодарю. Это было… Непросто. — судя по мелькнувшей тени на лице Проскурина, это действительно было непросто.

— Как там твой боец? Исправляется?

— На удивление, да. Его бы мозговеду показать, а так, полностью лояльный человек.

— Мозговед, говоришь? Есть у меня на примете один. Причём недалеко совсем. Найди пока бойца, его как зовут, кстати?

— Фёдор. Фёдор Степанович Полынин.

— Хорошо. Как найдёшь, подходите к Конторе. Там буду.

Конторой назывался офис управляющего добычей. Здесь же, заодно, работал и Алмазный, чтобы далеко не ходить. В первую очередь я встретился с ним. Не потому, что специально шёл к нему — просто встретились в коридоре.

— Олег Валентинович, рад вас видеть в добром здравии. — поприветсвовал я этого улыбчивого лысого господина. За прошедшее время он успел слегка похудеть, что, впрочем, никак не сказалось на его жизнерадостности.

— И я рад вас видеть, ваше сиятельство. Что вас привело в сей дом скорби и уныния — уж не с проверкой ли отчётности?

— А в ней что-то не так? — нахмурился я.

— Ничего такого, о чём я бы не мог сказать своей маме. — улыбка артельщика стала ещё шире.

— Шутите. Это хорошо. Расскажите вкратце, как обстоят наши дела?

Пухляш враз посерьёзнел и выдал подробный отчёт по объёмам реализованных материалов и остаткам на складах.

— Ваши умертвия большие молодцы, наладили добычу в промышленных, так сказать, масштабах. Но мы постоянно сталкиваемся с проблемой нехватки складских площадей. Да и квалифицированных кладовщиков тоже нехватает.