— Чувствую себя кирзовым сапогом среди туфель. Вроде и право имею, а всё равно не правильно как-то.

— Так и должно быть. Этот зал должен олицетворять Род. Ты погоди. Когда Сахарок закончит возвращать украденное, я уверен, этот зал преобразится. Пока что в нём чувствуется некоторая незавершённость.

— Вы абсолютно правы, господин. Центральную композицию должен венчать портрет главы рода. То есть ваш. — Камердинер умудрился в очередной раз подобраться незамеченным.

— Есть какие-то обязательные атрибуты?

— Разумеется. Там должен быть изображён только вы.

— И всё?

— И всё. Мне распорядиться подыскать художника?

— Распорядись.

— Смею напомнить, господин, что это потребует значительных финансовых расходов.

— Не больше же, чем на ремонт? Выделю, куда деваться. Чтоб самого лучшего художника нашёл.

— Всенепременно, ваше сиятельство.

Дождавшись, когда камердинер нас покинет, я обратился к Митрофану.

— Тебе что-нибудь известно про аномальные зоны похожие на наши, под протекторатом Шуйских?

— Хм. Что-то припоминаю. Вяземский Котёл, вроде так его называют.

— Так. Только он, если ты забыл, на краю Саратовской губернии и частично Самарской.

— Далековато, однако.

— Вот именно. Зато под Выборгом есть совсем небольшая зона, под официальным управлением рода Мышкиных.

— А неофициально?

— А неофициально, даже главы рода последние лет пять у них нет. При том, что это вассалы Шуйских.

— То есть они их, фактически, поглотили.

— И присвоили активы. В том числе и разломы с довольно редкими ресурсами.

— Вот наглость! И не поделились. Когда едем?

— Да вот сейчас чай допьём и поедем. Как раз к вечеру будем на месте.

— А почему к вечеру, а не к утру, например?

— Можно и к утру, только ночью — чур ты рулить будешь.

— А что сразу я, к вечеру, так вечеру.

— Всё. Хватит лясы точить. По коням.

— Ага. Возможно криминал. — весело заявил здоровяк, выскочив из-за стола.

Дорога пролетела в одно мгновение, не доставив нам особых проблем. Они начались, когда мы подъезжали к городу. Путь преграждал армейский блокпост, проверявший всех желающих проехать. С одной стороны, княжеский перстень мог бы без проблем открыть нам путь, а с другой…

— Спалимся. — неожиданно заявил Морозов.

— Думаешь?

— Уверен. Армейцы хоть и пропустят, но в журнал всё равно запишут. А оно нам надо? — иногда этот балагур начинал рассуждать как настоящий профессиональный диверсант. Ну, почти.

— Согласен. Тогда что, просёлками? — предложил я.

— Если они тут есть вообще. — скептически заметил Митрофан.

— Не будет — сделаем. Смотри, метров через двести есть съезд с дороги. И с поста не заметят.