— Сергей Степанович, как вы можете прокомментировать действия вашего сына, Эдуарда? Он начал атаку во время перемирия. Вы хоть понимаете, чем это грозит роду?

— При всём уважении, Владимир Никанорович, но я сейчас не могу обсуждать что-либо связанное с сыном.

— Почему же, позвольте поинтересоваться?

— Потому, что он мёртв!

— Как это случилось?

— Понятия не имею. Но я обязательно узнаю, как этот жалкий некромантишка смог убить Эдика и всё войско, впридачу.

— Точно всё? Выжившие, дезертиры?

— Никого. Там погибли все.

— Это весьма… Прискорбно. Я вынужден сообщить вам, что Эдуард будет вычеркнут из Родовой Книги.

— После всего того, что он совершил для вашего процветания?

— Нашего. Да, всего одним деянием он перечеркнул все прежние заслуги и будет признан предателем рода.

— В таком случае, я буду мстить без оглядки на вас и ваши интересы. Теперь это моё личное дело!

— Надеюсь на ваше благоразумие. Мне очень не хотелось бы изгонять ещё и вас. Особенно посмертно.

— Огонь очистит этот мир. — завершил разговор граф и отключился.

Князь некоторое время просто сидел смотря в одну точку с силой сжимая виски пальцами. Ему хотелось крушить всё вокруг. А ещё лучше спалить до тла. Потеря пяти тысяч бойцов и двух десятков единиц тяжёлой бронетехники были весьма ощутимым ударом. И чёрт с ним, с Эдиком, он, что называется «зазвездился», вот и получил по заслугам. А вот ослабление военного потенциала рода, это уже было серьёзно.

Новые танки построят только через полгода-год. Вряд ли раньше, Имперские заводы завалены заказами на несколько лет вперёд. Через прикормленных генералов можно будет «списать» только пяток единиц. Да и то, подобная операция была довольно рискованной, а всё из-за внимания Тайной Канцелярии. Будь она неладна.

— Степан, почему я узнаю, что наша армия разбита едва ли не последним?

— Ваше сиятельство, я уточнял некоторые детали связанные с нападением на завод.

— И что же ты выяснил?

— Там мог быть Распутин.

Первой попалась очередная бумага из Комиссии. Решением расширенного совета, мне присудили малую победу. В связи с этим, мне в собственность отчуждается бывшая Столичная резиденция моего рода.

Её я собирался отсудить и даже имел неплохие шансы выиграть это дело.

Интересно, это Шуйский решил так от меня откупиться, или в Комиссии нашёлся хоть кто-то симпатизирующий мне? В любом случае, заполучить в собственность шикарный особняк в элитном районе города, было очень престижно. Его так и называли: Княжеский квартал. Менее знатные рода туда просто не могли попасть.

Следом из пакета вывалились бумаги подтверждающие право владения — целая кипа макулатуры. Ну а что поделать, без бумажки, я букашка, а с бумажкой цельный князь.